Статистика выступлений

Кубок Канады 1981 года многие по праву считают самым ярким перформансом русских хоккеистов в XX веке, а финальную встречу турнира против сборной Канады — одним из лучших матчей в истории этого вида спорта. Никогда до и никогда после канадцы нашим так в финалах не проигрывали. О том, как непросто складывался для «красной машины» этот турнир, читайте (и смотрите!) в нашем специальном материале.

Кубок Канады-1981 состоялся через полтора года после болезненного проигрыша наших спортсменов американским студентам в Лэйк-Плэсиде — первой Олимпиады Виктора Тихонова в роли главного тренера сборной. После шокирующего второго места он обновил состав и не взял на Кубок Канады ни лучшего бомбардира сборной на Олимпиаде-80 Александра Голикова, ни взращенного им в Риге Хелмута Балдериса, ни первую тройку — Михайлова (завершившего карьеру после Лэйк-Плэсида), Петрова и Харламова.

Перед турниром игроки ЦСКА, попавшие в сборную, уезжали в аэропорт прямо из своего Дворца спорта. Перед самым отправлением в автобусе появился Харламов, но Тихонов попросил его выйти из салона — «на разговор». Выслушав тренера, Валерий объявил партнерам: «Меня отцепили. Ребята, желаю вам удачи». Водитель автобуса помог Харламову выгрузить баул с формой — и повез команду в аэропорт. Вячеслав Фетисов позже вспоминал об этом эпизоде в книге из серии «Жизнь замечательных людей»: «Мне в память врезалась такая картина. Валера не ушел. Он стоял и махал вслед автобусу».

«Сначала мы летели до Нью-Йорка, потом — до Ванкувера. Канадцы включили на экранах самолета лучшие моменты матчей Харламова, — рассказывал массажист сборной Олег Кученев. — Мы с удовольствием смотрели на Валеру, гордились тем, как уважают наших, и не предполагали, почему показывают именно его. Прилетели в Ванкувер, и только утром узнали от переводчика Куколовича, что Валера погиб. Ребята из ЦСКА стали прикидывать, как это могло произойти, и быстро сошлись на том, что Харламов ехал с дачи и за рулем была его жена».

В жутком состоянии игроки Тихонова проиграли Канаде товарищеский матч в Эдмонтоне, а через несколько дней в первой игре Кубка Канады, на душной арене в Виннипеге, заполненной лишь на четверть, чудом зацепили ничью с Чехословакией — 1:1 благодаря голу Дроздецкого с паса Мальцева.

Нервно сложилась и вторая игра турнира, с командой Швеции. После первого периода СССР вел 2:0 (Капустин и Макаров забили в большинстве), но шведы взбодрились и за пять минут до конца основного времени сумели сократили счет до минимального — 3:4. Добил их гол Мальцева в меньшинстве — крайне обидный для будущего вратаря «Филадельфии» Пелле Линдберга, которого, несмотря на шесть пропущенных шайб, признали лучшим игроком сборной Швеции в том матче. «Я видел, что Мальцев готовится бросать, поспешил соединить ноги, чтобы шайба не пролетела между щитками, но она все-таки вошла в ворота», — признался после игры Линдберг (спустя четыре года, в возрасте двадцати шести лет, он погиб в автокатастрофе).

После победы над шведами (6:3) команда Тихонова разнесла американцев и финнов. По завершении матча с США (4:1) зрители, собравшиеся на арене Эдмонтона, устроили овацию Владиславу Третьяку, сыгравшему в том матче на голову сильнее легенды североамериканского хоккея Тони Эспозито — уроженца канадской провинции Онтарио, отыгравшего тот турнир за Штаты. Репортер ТАСС Владимир Дворцов писал: «Президент НХЛ Зиглер, специально прилетевший на матч, сказал мне саркастически: “Эспозито — это не Третьяк. Теперь он не только гражданин США, но и лучший друг сборной СССР”».

Впечатлил американцев и слалом Макарова по правому флангу, после которого Крутов забросил третью шайбу нашей сборной: «Я буду показывать видео этого гола своим игрокам, — признался Лу Нанн, генеральный менеджер сборной США и «Миннесоты», — до начала чемпионата НХЛ, во время чемпионата и, если моей команде повезет, в ходе розыгрыша Кубка Стэнли. Это блестящая шайба!»

Финнов наши обыграли 6:1, причем последнюю шайбу Жлуктов забросил при игре «три на пять». Но после матча Тихонов был мрачен. Его разозлила грубость финнов, повредивших ключицу одному из лидеров команды — Александру Мальцеву.

В последней игре группового раунда — с Канадой — Тихонов устроил выходной не только Мальцеву, но и Третьяку с защитником Первухиным. Во втором перерыве, при счете 2:2, диктор объявил, что лучший игрок группового раунда получит советский внедорожник «Нива». Возможно, именно это сообщение и сбило подопечных Тихонова с толку: третий период они проиграли с обескураживающим счетом — 1:5.

Среди звезд, приехавших тогда в качестве зрителя на Кубок Канады, был актер и режиссер Ролан Быков. Он написал в дневнике: «Наши позорно проиграли канадцам — 3:7. Играть могут, но не играли, были подавлены и сметены. Макарова удалили — он бросил играть перед самыми воротами, такого я не видел. Игра не имела значения, но разве это важно? В воротах стоял Мышкин, но стоял хорошо — семь штук не его вина. Лучше всех выглядело спартаковское звено, играло, как всегда, средне. И этого оказалось достаточно, чтобы забить шайбу.

Канадцы сразу смирнеют при сильном сопротивлении. Кроме проигрыша, глубоко унижала растерянность. Наши были жалкими. Что-то тут есть от серьезного. Не надо заблуждаться — команда в этот раз слабая: нет лидеров. В том, что Тихонов расправился с Петровской тройкой, — нет случайности: в основе этого лежит та же причина, что и в кино… Идет давление на личность. Личность стала мешать: с нею борются в школе, в институте, в кино, в хоккее».

Перед полуфиналом с Чехословакией Тихонов отдельно тренировал Фетисова с Катасоновым, устраняя их излишний авантюризм, — и добился уверенной победы со счетом 4:1. Лучшим в нашей сборной признали спартаковца Сергея Шепелева, который забросил две шайбы и отдал голевую передачу Виктору Шалимову.

Сборная СССР исправила ошибки — и к финалу с канадцами подходила в отличной форме. Но были и проблемы, прежде всего — травмы динамовцев Первухина, Билялетдинова и Мальцева.

«Первые двое травмировали плечевые суставы, но мы с доктором их затейповали, и они вышли на лед, — рассказывал позже массажист сборной Олег Кученев. — А Мальцева уговаривали сыграть и капитан, и руководство, но он отказался. Серьезной травмы у него не было, но он очень боялся: “Ой, трудно поворачиваться. Ой, спину прихватило”. Он мог придумывать любую травму, но мы-то с врачом сразу распознавали халтуру.

Перед полуфиналом с Чехословакией Тихонов отдельно тренировал Фетисова с Катасоновым, устраняя их излишний авантюризм, — и добился уверенной победы со счетом 4:1. Лучшим в нашей сборной признали спартаковца Сергея Шепелева, который забросил две шайбы и отдал голевую передачу Виктору Шалимову.

Мальцев боялся, что канадцы прибьют его. Против канадцев Саша всегда играл трусовато. Он не ожидал, что мы так легко обыграем их — 8:1. Но главное, что сыграли защитники. Первухин так “отжал” Майка Босси, что тот врезался в борт и получил двойной перелом лодыжки. А Билялетдинов не только здорово применял силовые приемы, но и мог измордовать того, кто его обидел».

Спортивный журналист Всеволод Кукушкин вспоминал в своей книге «Это — наша игра», что гимн СССР перед финалом исполнил оперный певец Роже Дюссе, позже признавшийся, что это его любимая мелодия.

Кукушкин писал: «Самым трудным был первый период, когда канадцы так прижали наших, что казалось, вот-вот дрогнет команда. Но не дрогнула, лишь сжалась как пружина. Владислав Третьяк был великолепен, он закрыл ворота “железным занавесом”, специалисты видели, что обновленная советская команда играет иначе, чем в предыдущих матчах против канадцев».

«Мы доминировали в первом периоде, но не пробили Третьяка, — вспоминал в своей автобиографии канадский защитник Ларри Робинсон. — Потом обе команды прорвало. Особенно — наших соперников, которые повели после второго периода со счетом 3:1. В третьем периоде мы ничего не создали, а СССР просто вмял нас в лед, унизил — 8:1. В пятерке лучших бомбардиров турнира оказалось четверо канадцев, но в финале Третьяк не дал им шанса — и справедливо стал лучшим игроком турнира».

Третьяк же в своей книге «Верность» 1986 года писал: «Я стал свидетелем того, чего раньше никогда не видел, — канадцы бросили играть! Они опустили руки, как армия солдат, которой приказали сдаваться. Очень жалко было их вратаря Льюта, его бросили просто на растерзание нашим нападающим».

Всеволод Кукушкин вспоминал, что после матча Вячеслав Фетисов, давно мечтавший о бокале пива, побежал на второй этаж, но опоздал: все киоски закрылись. Его узнали, провели в ложу для жен канадских игроков и налили не только пива, но и водки «Смирнофф» — в большой стакан для колы: «Я вспомнил фильм “Судьба человека”. До этого водку я не пил, это был не наш напиток. Но делать нечего. Я выпил водку и запил ее пивом. Что мне говорили женщины, я не понимал, но они принялись меня целовать, хлопать по плечам. Меня бросило в пот».

В это время в раздевалке советской сборной тоже было весело. «Нам вручили Кубок Канады, но в раздевалку зашел один из руководителей НХЛ Алан Иглсон и потребовал его вернуть, — рассказывал позже защитник Василий Первухин. — Объяснял, что кубок переходной, сфотографировались для истории — и назад. А мы-то ничего не знали. Возмутились, конечно: “Не отдадим!” Начальник сборной Валентин Сыч командовал: “Ребята, плотнее! Окружайте кубок”. Думали: ух, капиталисты проклятые, совсем обнаглели».

Массажист Олег Кученев: «Когда Валера Васильев занес кубок в раздевалку, Валентин Сыч шепнул мне: “Васильич, отнеси трофей в автобус”. Я спрятал кубок в баул. Поднял — ручки оторвались. Сорок килограммов! Тогда я просто накрыл его баулом, перекинул через плечо и пошел в автобус со вторым массажистом Костей Громадиным. Только вышел из раздевалки — передо мной два лба-фэбээровца. Схватили меня за руки: “Стоп! Стоп!” А я набрал скорость и попросил Костю: “Освободи меня от них”».

Фэбээровцы отвязались, я выбрался из узкого коридора и наткнулся на все руководство американского хоккея. “Кубок должен остаться в музее хоккейной славы в Торонто”, — сказал Алан Иглсон, инициатор Кубка Канады. Я продолжал держать трофей и отправил Костю Громадина за Сычом. Когда мое плечо уже отсохло, пришел Сыч и спор продолжился. В итоге я услышал: “Отдай им на хрен этот кубок — пусть подавятся”.

Через год звонит тот же Сыч: “Васильич, слетай в Шереметьево. Канадские болельщики на свои деньги сделали дубликат кубка и прислали его нам”. Я отвез трофей в Новогорск, где создавал свой музей хоккея, но там он простоял ровно сутки: потребовали отвезти его в Центральный музей».

После финала Ролан Быков записал в своем дневнике:

«На встрече вчера сказал: “У меня рука легкая! Вы выиграете. 8:1!!!”. Такого не ожидал никто. Позвали в раздевалку, ребята голые, кидались ко мне: “Где он, с легкой рукой!”.

Канадцы вышли на поле в полном ореоле игр, проведенных без поражений (одна ничья с чехами). У них хорошие игроки: видные, роскошные, красиво мчатся. Но они дрейфили. Они нервничали не хуже наших и так и не справились с волнением. Психологически их сломал Третьяк. Шайба и так не шла в ворота. А уж когда наконец шла — на ее пути вставал Третьяк!

Казалось бы, и гол неминуем, и взять-то шайбу нельзя, а он брал. Особенно когда он уже лежа поймал шайбу, летевшую в ворота, на лету в «ловушку» — весь стадион как-то застонал от обиды и восторга. К концу стадион тоже подумолк. За семь минут до конца игры кое-кто пошел со стадиона, за пять минут пошли толпами.

Даже после счета 3:1, потом 4:1, потом 5:1 наши играли так, как будто еще не уверовали в свою победу. Ни тени самонадеянности. Было много брака. Но брак был и у канадцев. Это уравновешивалось. На попытки драться наши тут же ответили тем же. Ребята не боялись. Шли вперед. И повел всех, как ни странно, Крутов. Ларионов забил свою шайбу. Но три забил Шепелев, — и очень важные, первые».

article
© Капитаны команд — Валерий Васильев и Денис Потвин, Getty Images Russia

«Спустя много лет Шепелев признался, что на утренней раскатке в день финала Анатолий Тарасов, подозвав спартаковскую тройку к бортику, чуть не со слезой сказал: “Мальчишки, только на вас вся надежда. Только спартаковцы могут нас выручить”. Не сомневаюсь, что примерно то же самое он говорил и армейцам. Тарасов потому и был Великим, что в нем жил, помимо всего прочего, еще и великий актер, это было сочетание Большого театра и Малого, драмы и комедии, может быть, даже оперетты», — вспоминал Всеволод Кукушкин.

«Канадцы позвали Тарасова на турнир как почетного гостя, — говорил мне массажист Олег Кученев. — После финала в раздевалке он жал руки игрокам и для каждого находил какие-то слова. Фетисову: “Приедешь в ЦСКА — покажешь свои шрамы”. Хомутову: “Вернешься в Рыбинск — расскажешь, как бился за страну”. А потом очередь дошла до молодого защитника Володи Зубкова. Он протянул руку Тарасову, а тот сказал: “Молодой человек, с вами мне здороваться еще рано”».

«Тарасов зашел в раздевалку на своих костылях, которые он клюшками называл, — рассказал мне Василий Первухин, — и обратился к Тихонову: “Витя, дай напиться”. А у нас в ящиках стояли “Спрайт”, “Кола”, “Фанта”. Виктор Васильевич ему: “Пожалуйста, Анатолий Владимирович, что будете?” Тарасов: “Да не мне. Ребятам дай напиться!”»

В завершение хочется напомнить, что Кубок Канады-1981 и по сей день остается единственным турниром с участием всех лучших хоккеистов мира, выигранным нашей сборной. Остальные Кубки Канады брали хозяева. После переименования турнира в Кубок мира в 1996 году триумфаторами становились сборные США и дважды — Канады. Пять Олимпиад с участием игроков НХЛ также обошлись без наших побед: трижды золото брали канадцы, по разу — Чехия и Швеция.

Фото: Getty Images Russia
0
0
© VTBRUSSIA.RU
Close
VTB
Close
VTB