В поисках собственного пути: выставка о том, как художники-нонконформисты (пере)открывали авангард

Сделать качественную выставку о художественном журнале — это всегда задача со звездочкой. Особенно если речь идет об издании, казалось бы, давно забытом и неактуальном в свете бурных исторических перемен последних десятилетий. Таком, например, как журнал «А — Я», выходивший в Париже с 1979 по 1986 годы. Он рассказывал западной публике — от европейских коллекционеров и галеристов до советских художников-эмигрантов — о том, что в Советском Союзе, помимо «официального» соцреализма, есть еще и другое, андеграундное искусство.

Однако кураторам из Центра «Зотов», специализирующегося на всестороннем изучении авангарда, удалось показать, как экспериментальное искусство 1910–20-х годов повлияло на зарождение и развитие новой волны авангардных исканий во второй половине 20 века. А также рассказать, как это вообще стало возможным, если «исторический» авангард в Советском Союзе находился под запретом: картины и скульптуры пылились в запасниках, научные исследования и публикации были исключены. Однако для художников-нонконформистов, уставших от правильности и академичности соцреализма, именно малоизвестный, но такой притягательный авангард стал настоящей отдушиной и источником вдохновения.

Журнал «А — Я» очень точно фиксирует все эти процессы и вносит свою лепту в усвоение уроков авангарда. Помимо рассказа о современных творцах, он также знакомил читателя с великими художниками начала 20 века: Казимиром Малевичем, Павлом Филоновым, Михаилом Матюшиным и другими. На страницах издания были впервые опубликованы их неизданные прежде тексты и теоретические статьи актуальных исследователей, а также показаны недоступные широкой публике картины.

Архитектура выставки, созданная Александром Бродским и Наташей Кузьминой, прекрасно работает на решение двух важных задач, стоявших перед кураторами. Во-первых, это погружение зрителя в содержание журнала и наглядный показ диалогов «первого» и «второго» авангарда. Этой задаче отвечает центральное пространство выставки, стилизованное в виде стопки журнальных листов: мы буквально путешествуем по страницам всех выпусков «А — Я». Произведения искусства, которые были доступны читателям лишь в виде небольших, зачастую черно-белых иллюстраций, для нас снова приобретают свою материальность и многоцветность подлинников.

Первый номер «А — Я» (1979) в своей исторической части был посвящен Казимиру Малевичу, чей столетний юбилей отмечался в том году. На выставке супрематические композиции самого Малевича соседствуют с красными квадратами Пивоварова и его «Точкой» на черном квадрате, а также парящими на фоне московского дворика геометрическими телами Васильева и «Супрематическими играми» Инфанте. Даже дизайн обложки журнала во многом вдохновлен книжной графикой Малевича. Героем исторической рубрики второго номера стал Павел Филонов, чьи красочные мозаичные полотна на экспозиции неожиданно рифмуются как с пугающими «мордами» Олега Целкова, так и с возвышенными «Иературами» Михаила Шварцмана.

Интересовались члены редакции и экспериментами Михаила Матюшина в области «расширенного смотрения», которые художник проводил в лаборатории Государственного института художественной культуры (ГИНХУКа). В шестом номере журнала как раз были опубликованы статьи Матюшина, посвященные этому вопросу. И тут же — визуально-телесные опыты художников-нонконформистов: «Окна» Ивана Чуйкова, «Времена дня» Игоря Шелковского, композиции в сферических пространствах Бориса Орлова и сферические пейзажи Сергея Шаблавина.

Не менее важным источником вдохновения стала для молодых художников футуристическая самодельная книга. Если авангардисты утвердили слово в качестве самостоятельного выразительного знака, то нонконформисты превратили его в абсолютный эквивалент рисунка. А самодельность авангардной книги в эпоху нонконформизма превратилась в знаменитый «самиздат» — единственный доступный для неофициальных художников вариант печатного самовыражения.

Не только живопись и графика, но и перформативные практики мастеров 1960-70-х во многом опирались на опыт скандальных акций футуристов. Очень показательны сопоставления хулиганского футуристического грима Ларионова, Гончаровой, Бурлюка с рисунками на теле Риммы Герловиной и «татуировками» Бориса Орлова. Или цитирование Александром Косолаповым знаменитого фотомонтажа Родченко с портретом Осипа Брика.

Виктор Пивоваров. «Тело московского неофициального искусства 60–70-х годов», 1998 год © Пресс-служба Центра «Зотов»»

Вторая задача кураторов — это рассказ об истории самого журнала. Внешний периметр экспозиции стилизован под библиотечный архив. Здесь можно увидеть черно-белые фотографии уютных квартирных выставок, послушать аудио с воспоминаниями очевидцев. Улыбнуться очаровательному шаржу Виктора Пивоварова, который изображает московское неофициальное искусство 1960–70-х годов в виде человеческого тела: мозг — Илья Кабаков, глаз — Франциско Инфанте, а ноги — дожившие до второй половины века «старые» мастера (Роберт Фальк, Артур Фонвизин и Владимир Фаворский). Взглянуть на переписку главного редактора журнала «А — Я» Игоря Шелковского, эмигрировавшего в Париж, с московской редколлегией (Александром Сидоровым, Иваном Чуйковым, Риммой и Валерием Герловиными). Тут и обсуждение концепции и структуры журнала, и варианты эскизов обложки, и столь неочевидные для современного зрителя сложности с пересылкой за рубеж изображений произведений искусства: их приходилось отправлять в виде крошечных слайдов. А также извечные сложности с поиском спонсоров для издания, критика и обиды со стороны коллег, споры и недопонимание.

Всего было опубликовано семь художественных номеров журнала и один литературный. Все они также доступны для посетителей — листай, читай, вдохновляйся. И конечно, ставший уже почти фирменным «зотовский» аттракцион в духе «сделай сам». На этот раз можно с выставки отправить по почте бумажную открытку с понравившимся произведением искусства — самому себе или другу.