Андрей Плахов: «Мы собрали сливки фестивального года»

Как не поссориться участникам отборочной комиссии, какими деликатесами угощать киноманов и зачем фестивалю эксперименты – об этом рассказывает Андрей Плахов, вернувшийся в этом году на пост президента отборочной комиссии ММКФ.  



Андрей Плахов. Критик и киновед, публицист и автор множества книг о кино, обозреватель газеты «Коммерсантъ», с 2005 по 2010 год – президент Международной федерации кинопрессы (ФИПРЕССИ), сейчас – один из ее почетных президентов. В годы перестройки был председателем Конфликтной комиссии по творческим вопросам, выпустившей на экраны более 200 запрещенных советской цензурой фильмов. В списке величайших фильмов истории от Плахова (опросы журнала Sight & Sound) неизменно присутствуют «Правила игры» Ренуара, «Восемь с половиной» Феллини, «Зеркало» Тарковского, «Затмение» Антониони. Президент отборочной комиссии 35 ММКФ. Автор программы «Португальская эйфория». http://www.plakhov.com/

– Вы возвращаетесь на ММКФ. Что это значит для вас лично и что это, по вашему ощущению, значит для фестиваля?

– С Московским кинофестивалем я никогда не расставался надолго. Я работал здесь еще до перестройки, возглавлял отборочную комиссию, на некоторое время уходил, потом возвращался снова. Вот и после очередного перерыва я вновь здесь. Если честно, ничего кардинально в жизни фестиваля от этого не изменилось. Но раз я снова здесь работаю, то постараюсь сделать все, чтобы фестиваль стал более значимым и в нашей кинематографической среде, и в международной.


– Каким образом?

– Как минимум нужно удовлетворить требовательных московских синефилов. Для этого делаются специальные программы, ретроспективы. Мы понимаем, что конкурсная программа их может не устроить. Киноманы часто ее критикуют, иногда справедливо, иногда – не очень. Интерес такой публики чаще всего направлен на параллельные программы, что, кстати, случается и на других фестивалях, даже на Каннском, где параллельные секции привлекают внимание более искушенной публики и их даже противопоставляют конкурсу.

Кадр из фильма «Наш любимый месяц август»,
режиссер Мигель Гомеш


– Но только не в плане звездности!

«…Мы решили сосредоточиться на главном конкурсе и сделать его лучше»


«Интерес синефильской публики чаще всего направлен на параллельные программы, что, кстати, случается и на других фестивалях, даже на Каннском»

– Конечно! Фестиваль – это сложный организм, где существуют разные секторы, в каждом из которых может быть достигнуто определенное качество. Они между собой взаимодействуют. Например, если конкурс будет совсем никчемным, то зачем он вообще нужен? Как раз чтобы поднять качество основного конкурса, ММКФ в этом году отказался от программы «Перспективы». Эксперимент может себя и не оправдать, но мы решили: в этом году мы полностью сосредоточиться на главном конкурсе и сделать его лучше.

– Значит, синефилы должны в этом году пойти на конкурс?

– Не только. Для них мы решили собрать еще и сливки фестивального года, а также совсем экзотические картины, которые включены в специальные программы. Например, «Португальская эйфория», которую я делаю, – это экзотика. Хотя какие-то флюиды оттуда доходят, они-то и помогли создать программу, которая ответит на вопрос, что такое португальская кинематография сегодня.


– Поскольку вся фестивальная программа – это плод коллективного творчества нескольких человек, то как бы вы определили свою роль?

– Все мы, кто работает в отборочной комиссии, знакомы друг с другом очень давно, знаем сильные и слабые стороны каждого, подстраховываем. Так, Кирилл Разлогов более благосклонен к коммерческому кино. Мы с Петром Шепотинником больше склоняемся в сторону артхауса. У Евгении Тирдатовой тоже есть свой угол зрения. Владимир Дмитриев исключительно важен, когда речь идет о ретроспективной, музейной части программы. Все это соединяется в более или менее позитивной пропорции.

Кадр из фильма «Странная история Анжелики»,
режиссер Мануэл де Оливейра


– Документальное кино на ММКФ набирает все большую популярность. Вы не чувствуете здесь конкуренции?

– Документальное кино успешно конкурирует с игровым во всем фестивальном мире, а иногда и в прокате, но я не вижу здесь ничего страшного. На Московском кинофестивале долгое время не было неигровой секции. Поэтому когда Сергей Мирошниченко решил ее возродить, то вначале она была чисто информационной. Потом возник конкурс. Это хорошо, потому что у документального кино часто вообще нет проката и фестиваль становится отличной возможностью это кино пропагандировать. Мы не только не соперничаем, но даже стараемся помогать.