Магия света на полотнах Куинджи

5 картин из Третьяковской галереи

Архип Куинджи работал с цветом так, что его называли фокусником. Он будто переносил на свои работы настоящие солнце и луну — ведь по-другому добиться такой естественности казалось невозможным. В честь 180-летия художника вспомним пять картин с его фантастическим светом из Третьяковской галереи и сами оценим мастерство автора.

На острове Валааме


Архип Куинджи. «На острове Валааме», 1873 год, Государственная Третьяковская галерея, Москва © Public domain

Эта работа открыла художественный талант Куинджи для широкой публики. «Товарищ по цеху» Илья Репин писал, что она всем «ужасно понравилась». Ее же первой из всех картин художника приобрел Павел Третьяков.

Полотно создавалось во время поездки Куинджи на остров Валаам — Мекку художников-пейзажистов, которые часто искали вдохновения в здешней северной, уединенной природе. Была и другая причина отправиться в такое путешествие: накануне Куинджи венчался с гречанкой Верой Кетчерджи.

На картине, залитой серебряным предгрозовым светом, изображен дикий берег острова. На переднем плане — стройная чета деревьев, упрямо проросших сквозь трещину в гранитной земле. Они стоят на самом берегу небольшой речушки, впадающей в Ладожское озеро, которое виднеется позади.

Над берегом сгущаются тучи. Небо плавно переходит от розового в зловещее темное. Но такая таинственная мрачность не создает печального настроения. Верны слова Федора Достоевского: «Мгла... сырость вас будто пронизывает всего... Что тут особенного?.. А между тем как это хорошо!» — ведь скоро гроза закончится, и сквозь тучи пробьются яркие солнечные лучи.

Украинская ночь

Архип Куинджи. «Украинская ночь»
Архип Куинджи. «Украинская ночь», 1876 год, Государственная Третьяковская галерея, Москва © Public domain

«Украинская ночь» — мост между ранними поэтическими картинами Архипа Куинджи и его экспериментально декоративной работой со светом. Она была создана специально для пятой выставки передвижников и привела публику в восторг, «украв» внимание у других картин.

Центральный элемент полотна — ярко освещенный лунным светом хутор. Он будто парит в ночи, и мы совсем не замечаем, что на первом плане протекает река с берегами, поросшими высокой осокой, и стоят два стройных пирамидальных тополя. Но все это утопает в ночной тени и становится совсем неважным.

Перед нами почти театральная композиция. Здесь декоративность, свойственная для Архипа Куинджи и в последующий работах, впервые проявляется в экзотичной контрастности и «концентрации» света в единой точке. Однако в «Украинской ночи» все еще присутствует романтизм, свойственный раннему Куинджи, который до сих пор наталкивает искусствоведов на «вдохновенные описания „дивной“ украинской ночи у Пушкина и Гоголя».

Березовая роща

Архип Куинджи. «Березовая роща»
Архип Куинджи. «Березовая роща», 1879 год, Государственная Третьяковская галерея, Москва © Public domain

Это полотно стало визитной карточкой Архипа Куинджи. Он создал его, будучи уже узнаваемым художником, специально для седьмой выставки передвижников. Ее открытие даже пришлось перенести из-за неготовности картин Куинджи в срок, а, как писал Крамской, они «были слишком значительны, чтобы не обращать внимания».

И полотно стоило всех ожиданий: оно сразу приковало внимание публики. Смелый контраст тени и света создал эффект присутствия настоящего солнца на картине, а нетипичная композиция с обрезанной у деревьев кроной подарила замкнутое, камерное пространство.

Сюжет прост: на первом плане — покрытая солнцем поляна с березами, позади — темный лес. Но картина не похожа на обычную пленэрную работу. Куинджи изображает деревья почти схематично, не обращаясь к деталям — лесной массив на заднем плане и вовсе превращается в декорацию. Да и все изображенное на картине будто замерло — тихо и статично. Даже зеленая речушка в центре будто остановила свое течение, чтобы не тревожить спокойствие леса.

Такое новаторство привело к критике картины и появлению разгромной анонимной статьи, где автор назвал «Березовую рощу» перезелененной, с «растыканными» деревьями, «вырезанными из картона и накрашенными каким-то грязно зеленым колером». Сочинителем этих резких строк оказался передвижник Константин Клодт. Этот неприятный эпизод отразился на всей последующей биографии Куинджи: ему пришлось выйти из Товарищества передвижников и на долгие годы закрыться от широкой публики.

После дождя


Архип Куинджи. «После дождя», 1879 год, Государственная Третьяковская галерея, Москва © Public domain

Вместе с «Березовой рощей» для седьмой передвижной выставки создавалась картина «После дождя». На полотне — несколько расположенных на холме одиноких домов. Они освещены солнечными лучами, которые с борьбой пробиваются через тяжелые, нависающие над хутором тучи. Воздух будто наэлектризован, но гроза уже позади. Природа обновлена дождем: яркая трава напиталась влагой и сейчас наполняет воздух приятным свежим ароматом.

Деталям здесь уделяется намного большее, чем в «Березовой роще», внимание. Искусствовед Петров писал: «Темпераментная живопись неба, передающая мощь грозовой стихии, сочетается в картине с поэтической проникновенностью деталей — прежде всего изображения мирно пасущейся у реки каурой лошадки». Спокойное животное и будто просыпающийся ото сна хутор противопоставлены неподвластной стихии, буйство которой на этот раз подошло к концу.

Днепр утром


Архип Куинджи. «Днепр утром», 1881 год, Государственная Третьяковская галерея, Москва © Public domain

«Днепр утром» называют «прощальной» картиной Архипа Куинджи. Она стала последней из тех, что выставлялась перед публикой при жизни автора: художника критиковали за новизну работы с цветом, и он закрылся в студии на самом пике своего творческого пути.

Здесь нет ярких световых эффектов. Словно назло критикам, картина выполнена в мягких и скромных цветах: на переднем плане бледно зеленая трава и полевые цветы с торчащим репейником, на заднем — молочная река, уходящая далеко за горизонт.

Небо занимает большую часть полотна. Оно — источник света и воздуха — делает картину легкой и почти невесомой в манере импрессионистов. Широта и бескрайность изображенного пространства заставляет вздохнуть полной грудью, не нарушая безмолвия природы.

Картина не отмечена дерзкой работой с цветом, характерной для Архипа Куинджи, но она воздействует на зрителя иначе. Художник Леонид Волынский писал: «Нет ни луны, ни багрового заходящего солнца ... однако, остановясь перед этой картиной, испытываешь особую радость — так бывает, когда очутишься ранним утром на высоком берегу над рекой, над неоглядными просторами, напоенными мягким светом, и стоишь в счастливом молчании». Будто работе суждено было стать поставленной перед публикой точкой творчества Куинджи — нехарактерной для него, но не менее прекрасной.


Для справки

Познакомиться вживую с этими и другими работами Архипа Куинджи можно в Государственной Третьяковской галерее. Банк ВТБ выступает давним партнером музея и поддерживает его культурные инициативы.