7 знаменитых автопортретов из Третьяковки

Знакомимся с художественными селфи от Кипренского до Гончаровой

Автопортрет — один из древнейших жанров живописи. И не только потому, что запечатлеть свою внешность хочется всегда и всем, или потому, что собственное лицо — самая доступная и терпеливая модель. Автопортрет для художника — это способ разобраться в своем «я» и выразить себя. Все мы знаем знаменитые автопортреты Рембрандта, Дюрера и Ван Гога. Давайте рассмотрим 7 выдающихся автопортретов русских художников из собрания Третьяковской галереи и убедимся, что они не менее интересны.


Орест Кипренский

01_7 знаменитых автопортретов из Третьяковки
Орест Кипренский. «Автопортрет», 1828 год, Государственная Третьяковская галерея, Москва © Public domain

Орест Кипренский — яркий представитель романтизма, блестящий портретист, автор портретов Василия Жуковского, Александра Пушкина, Евграфа Давыдова и многих других знаменитых работ. Он стал первым русским художником, которому Галерея Уффици заказала автопортрет для Коридора Вазари — уникальной коллекции автопортретов великих художников Италии и мира.

Получить такой заказ считалось огромной честью для художника. Всего пятерым русским живописцам Уффици заказала автопортреты: Оресту Кипренскому, Карлу Брюллову, Ивану Айвазовскому, Борису Кустодиеву и Виктору Иванову (единственный советский мастер в этом ряду).

Автопортрет 1828 года, который хранится в Третьяковской галерее, написан на восемь лет позже автопортрета для Уффици. В отличие от «итальянской» работы, где автор изобразил себя как яркого романтического героя байронического типа, здесь мы видим зрелого и вдумчивого художника, мастера психологического портрета.


Карл Брюллов

02_7 знаменитых автопортретов из Третьяковки
Карл Брюллов. «Автопортрет», 1848, Государственная Третьяковская галерея, Москва © Public domain

После ошеломительного успеха картины «Последний день Помпеи» Галерея Уффици заказала художнику автопортрет. Брюллов начал над ним работать, но, не закончив, уехал в Россию, а картину подарил итальянским друзьям. Позднее этот незаконченный автопортрет, который так и не попал в Уффици, вернулся в Россию и хранится сейчас в Русском музее.

Известно несколько автопортретов Брюллова. Пожалуй, самый растиражированный из них — художник в знаменитом «Последнем дне Помпеи». Но, несомненно, одна из лучших его работ — поздний автопортрет из собрания Третьяковской галереи.

Брюллов написал этот свой портрет в Петербурге после тяжелой болезни. Много месяцев он по настоянию врачей провел в доме, почти все время один. И когда ему стало лучше, первое, что он попросил — мольберт и краски. Быстро, всего за один сеанс, основная работа над портретом была закончена.

Несмотря на бледное осунувшееся лицо, болезненную руку и усталую полулежачую позу, лицо и взгляд художника полны сосредоточенности и рефлексии. Красно-золотой фон и полукруглое обрамление напоминают работы старых голландских мастеров и даже чем-то — русские иконы. Перед нами — не сломленный болезнью старик, а художник, живущий напряженной внутренней жизнью.


Исаак Левитан

03_7 знаменитых автопортретов из Третьяковки
Исаак Левитан. «Автопортрет», 1890-е годы, Государственная Третьяковская галерея, Москва © Public domain

Принято считать, что пейзажисты не умеют писать людей. Но к Исааку Левитану это вряд ли относится. Ведь он учился в Московском училище живописи, ваяния и зодчества, где писал портреты и натюрморты, а после занимался журнальной графикой и книжной иллюстрацией, создавал театральные декорации. Просто Левитану не нужны были люди — он умел заставить «говорить» сам пейзаж.

Левитан оставил после себя немного замечательных портретных работ, таких как портрет Софьи Кувшинниковой, Николая Панафидина и Анны Грошевой. Зато известно много портретов с самого Левитана, которые писали другие художники. Самый известный из них — образ Христа с картины Поленова «Христос и грешница». И это неудивительно, ведь Левитан, по свидетельствам современников, был очень красив. Татьяна Щепкина-Куперник так описывала его: «Очень интересное матово-бледное лицо, слегка вьющиеся темные волосы, высокий лоб, „бархатные глаза“, остроконечная бородка: семитический тип в его наиболее благородном выражении — арабско-испанском». А близкий друг художника Антон Чехов в шутку писал друзьям: «Я приеду к вам, красивый, как Левитан».

Однако на этом позднем автопортрете мы видим не рокового красавца, а серьезного, стареющего, болезненного человека. Левитан тяжело болен и знает, что обречен. Возможно, именно поэтому, чувствуя приближение смерти, он прибегнул к столь нехарактерному для себя жанру — портрету. Он словно хочет напоследок разобраться в себе, подвести итог, заглянуть туда — за порог, в вечность.


Михаил Врубель

04_7 знаменитых автопортретов из Третьяковки
Михаил Врубель. «Автопортрет», 1904–1905 годы, Государственная Третьяковская галерея, Москва © Public domain

Большинство своих автопортретов Врубель написал в последние годы жизни. В то время он постоянно лечился в психиатрических клиниках, и ему не хватало моделей. Хотя, возможно, это был способ поймать, зафиксировать свое ускользающее «я», попытка исследовать себя, не потерять связь с реальностью.

Автопортретная серия тех лет полностью графична. С одной стороны, это связано с тем, что в клиниках Врубелю не давали краски, но с другой, — это и его личный выбор. Он ставит перед собой новую сложную задачу — передать цвет, не используя его. «Я уверен, что будущие художники совсем забросят краски, будут только рисовать итальянским карандашом и углем, и публика научится, в конце концов, видеть в этих рисунках краски, как я теперь их вижу», — говорит художник.

В каждой работе Врубель словно пробует новый способ рисовки, штриха, акцентирует внимание на какой-то одной детали — ею может быть сигарета, жемчужная раковина или, как в этом автопортрете, — шейный платок. Это единственная цветная и тщательно выписанная деталь, как будто только этот платок не дает рассыпаться всему образу, удерживает его целостность.


Наталья Гончарова

05_7 знаменитых автопортретов из Третьяковки
Наталия Гончарова. «Автопортрет с желтыми лилиями», 1907 год, Государственная Третьяковская галерея, Москва © Public domain

«Амазонка авангарда» Наталия Гончарова, как и многие художники начала 20-го века, попробовала себя во всех художественных направлениях. Вместе с мужем Михаилом Ларионовым стояла у истоков «Бубнового валета» и «Ослиного хвоста», «лучизма» и «всёчества». В 1915 году они с Ларионовым уехали за границу оформлять дягилевские «Русские сезоны» — и в Россию уже не вернулись.

Гончарова оставила после себя богатое художественное наследие. Точное количество ее работ до сих неизвестно. В Третьяковской галерее хранится богатая коллекция картин Гончаровой, в том числе и этот «программный» автопортрет с желтыми лилиями. Художнице здесь 26 лет. Она уже довольно известна, но все еще находится в начале своего пути. В работе чувствуется влияние импрессионизма, фовизма и постимпрессионизма, в частности Ван Гога. Но в то же время мы видим сильную и уверенную в себе личность. Об этом говорит умный взгляд, ироничная улыбка, крупная, крепкая рука художницы и яркие открытые цвета.


Зинаида Серебрякова

06_7 знаменитых автопортретов из Третьяковки
Зинаида Серебрякова. «За туалетом. Автопортрет», 1909 год, Государственная Третьяковская галерея, Москва © Public domain

Есть художники, например, Рембрандт или Ван Гог, которые написали множество автопортретов. К таким «любителям селфи» относится и Зинаида Серебрякова. В этом случае автопортрет для художника — не просто способ набить руку или обязанность оставить «хрестоматийный» портрет, а скорее метод саморефлексии, возможность лучше понять себя, зафиксировать некое состояние.

Серебрякова написала как минимум 23 автопортрета, но «За туалетом» — самый известный. Картина получила восторженные отзывы критиков на выставке Союза русских художников, а сразу после выставки ее купила Третьяковская галерея. Это работа раннего, «счастливого» периода жизни. Серебрякова — молодая жена и мать, живущая в любимом семейном имении.

К сожалению, счастье было недолгим. В 1919 году умирает муж, имение сжигают, она с четырьмя детьми перебирается в голодный и холодный Петербург. В 1924 году художница уезжает в Париж на заработки, но не может оттуда вернуться. Разлука с детьми и родными, трудная жизнь в Париже, невозможность возвращения на родину — все это отражается в ее поздних автопортретах, уже далеко не столь радостных и светлых, как этот.


Казимир Малевич

07_7 знаменитых автопортретов из Третьяковки
Казимир Малевич. «Автопортрет», 1910 год, Государственная Третьяковская галерея, Москва © Public domain

Прошло уже больше ста лет с момента создания «Черного квадрата», но споры о нем и его создателе не утихают до сих пор. Неоспоримо одно: «Черный квадрат» — не просто картина, это манифест современного искусства, граница, перейдя которую, уже нельзя вернуться назад.

Малевич пишет этот автопортрет за пять лет до «Черного квадрата». Известно несколько его «молодых» автопортретов, но все они носят явно ученический характер. Здесь же мы видим уже не робкого ученика, а уверенного в себе художника, который смотрит прямо на зрителя, как бы бросая ему вызов.

В автопортрете четко прослеживается прошлое Малевича в виде увлечения фовизмом — с его дикими цветами и контурами. И в то же время уже чувствуется будущее — абстракционизм с превращением человеческого тела в геометрические фигуры.

Для справки

Подробнее рассмотреть эти и другие автопортреты русских художников можно в Государственной Третьяковской галерее, давним партнером которой является банк ВТБ.