Что можно увидеть в замочную скважину

11 новелл проекта Константина Хабенского и Александра Цыпкина «Жил. Был. Дом.» расскажут о жителях обычной многоэтажки, чьи судьбы переплетаются на стыке реальности и сказки. Созданный при поддержке ВТБ проект существует в виде фильма и театральной постановки в МХТ имени Чехова. Мы поговорили с режиссером проекта и художественным руководителем театра Константином Хабенским и сценаристом проекта, писателем Александром Цыпкиным.

Это шутка. Есть детская народная сказка «Теремок». А сказок для взрослых не так много, и мы решили в шутку сказать: мы сделали народную сказку для взрослых. Но что связывает «Теремок» и «Жил. Был. Дом.»? Только, что и там и там есть крыша, стены, окна и двери. А содержание совсем другое.

С самого начала зрителям известны обстоятельства, в которых находятся жильцы этого дома, но никак не финал. Финал они узнают только в самом конце.

Мне кажется, если разговор идет о людях, про людей и для людей, которые пришли в зрительный зал, что чеховские персонажи, что персонажи придуманной нами сказки «Жил. Был. Дом.» мало чем отличаются друг от друга. Нас всех волнуют мысли о человеческих взаимоотношениях, о жизни и смерти.

Скажу очень просто. Идея возникла спонтанно. Саша хорошо придумывает диалоги и резкие повороты, и я предложил ему написать несколько историй, как бы подглядывая за людьми в замочную скважину или в окна многоэтажки, чтобы понять, какой жизнью они живут сегодня.

Наверное, я на этот вопрос отвечу чуть попозже, потому что на данный момент мы сделали только вторую вещь, похожую на драматический спектакль. Первая была «Интуиция». Когда у нас возникнет третий театральный проект, тогда можем уже задуматься, а не возник ли у нас идеальный творческий тандем.

Часто ли мы спорим? Часто, да, спорим. Где-то у нас легко рождается компромисс, а где-то происходит такое, в хорошем смысле, смысловое бодание.

Да, формат необычный, он родился, когда я понял, где мы будем выпускать спектакль. Когда мы пришли на «Мосфильм» и выбрали павильон, тут же возникла идея: было бы прекрасно еще снять киноверсию.

Формат фильма и формат театральной постановки, конечно, различаются. В фильме акценты расставлены чуть по-другому. Например, в фильме рассказ идет не последовательно, а параллельно. Фильм идет час пятьдесят, а спектакль длится около трех часов с антрактом. Поэтому какие-то вещи вы сможете увидеть, только придя в театральный зал. Если рассуждать ресторанными терминами, то фильм — это ограниченный набор блюд. Придя на спектакль, вы увидите более широкую подачу, бо́льшую палитру вкусов. Но общий посыл, замысел и в фильме, и в спектакле примерно одинаковый.

Самым неожиданным вызовом было найти способ рассказать эту историю с киноэкрана. Для этого приходилось от чего-то отказываться, чтобы убедительно и в сегодняшних ритмах предложить кинозрителю театральный рассказ.

Эта роль придумана мной. Я Саше предложил от лица попугая поразмышлять на различные тематики, связанные с нашим Отечеством. Потому что, как мне кажется, только попугай имеет право, прожив огромный отрезок времени, говорить о России с высоты своего попугайского полета.

Возникает ли желание постоянно контролировать происходящее? Нет, потому что мы достаточно хорошо отрепетировали все новеллы и мои коллеги прекрасно знают, что за чем идет и что они делают в своих сценах. Поэтому мы только получаем удовольствие и делимся им со зрителем.

Это истории о самых разных социальных слоях, и люди в зрительном зале увидят это и прочувствуют. Среди персонажей есть крыса, кот, пес и попугай, но ситуации, которые разворачиваются между ними, вполне человеческие. Мы рассчитываем, что каждый зритель возьмет свое.

Более того, у нас есть голосование в спектакле, где мы просим зрителя поделиться, продолжение какой истории они хотели бы увидеть.

Я не могу сказать, что в спектакле есть какие-то новеллы, которые мне не близки, потому что на разборах и репетициях я погрузился во все истории. А про свои воспоминания я скажу очень просто. Квартиры и дома, в которых я проживал, совершенно разные: они в разных городах, с разными соседями и по коммуналке, и по лестничной площадке. Каждый дом, каждая квартира — это своя история, своя ассоциация. И вот наш спектакль «Жил. Был. Дом.» — это такой собирательный образ всех квартир и домов, в которых мы с Сашей жили.

Идея Константина была блистательна драматургически. Вольная форма экранизации картины Брюллова «Последний день Помпеи». Точнее, того, что было накануне. То есть зритель понимает, чем все кончится, а герои — нет, каждая история, от этого каждый диалог смотрятся совершенно иначе. Также и в жизни бывает. Никогда же не знаешь ни свое, ни чужое будущее. Мне захотелось напридумывать как можно больше сюжетов, чтобы насытить эту идею конкретными жизненными ситуациями. Если я правильно помню, в спектакль мы не включили только три или четыре из написанных мною историй. То есть представляете, какой у меня был азарт.

Мне как раз было легко, потому что я хорошо пишу короткие новеллы. На длинной дистанции я начинаю выдыхаться, и я люблю утрамбовывать большое количество событий и неожиданных поворотов в 10–15, максимум 20 минут повествования. Так что с этой точки зрения для меня это была идеальная конструкция. В чем-то она напоминала историю спектакля «Интуиция», который с большим успехом идет в «Современнике». Там же тоже новеллы. Так что в определенной степени это для меня абсолютно тепличные условия, в которых я могу работать с наибольшей, как мне кажется, творческой эффективностью.

Вы знаете, я за свою жизнь, как качественная нейросеть, впитал в себя столько человеческих историй, что в какой-то момент уже не понимаю, это мои воспоминания или я сам это придумал. Я хотел отразить очень разные виды любви и сложности, с которыми сталкивается любовь. Это любовь к мужчине и женщине, любовь родительская, любовь к бывшему, отказ от любви ради долга или, наоборот, отказ от долга ради любви. Хотелось показать широкую палитру человеческих отношений. Уверен, что зрители хотя бы в одной из историй увидят себя и свои переживания. Потому что прожить свою жизнь и не попасть хотя бы в одну из этих ситуаций, к сожалению или к счастью, достаточно сложно.

*— Это не первая ваша работа с Константином: были и «БеспринцЫпные чтения», и «Интуиция». Как изменился ваш метод работы с ним? Или вы уже настолько сработались, что договариваете фразы друг за другом?

Да, действительно, мы уже девять лет сотрудничаем, и, мне кажется, залог нашего успеха в том, что, с одной стороны, есть теплые дружеские отношения, а с другой — выверенная иерархия. Я бы даже сказал, дедовщина. Константин Юрьевич для меня не только близкий человек и друг, но и учитель и руководитель в данном проекте, как и было в «Интуиции». Он дает очень четкие комментарии, понятные, ты сразу знаешь, где исправлять, что он имеет в виду, когда дает ту или иную оценку. Этот сценарий в полной мере можно назвать нашей совместной текстовой работой. И, надеюсь, она не последняя.

Я был очень шумным соседом — таким, что практически каждую субботу и воскресенье в нашем доме гостила милиция: на вечеринки в нашу небольшую квартиру набивалось человек 20–30. И это продолжалось где-то на протяжении лет восьми, наверное с класса девятого до окончания института и еще пару лет после. Бедные, несчастные мои соседи! А что касается роли, я бы, конечно, хотел сыграть Кота. Как мне кажется, это самый пронзительный персонаж. То, как его придумали задействованные актеры и сам Константин Юрьевич Хабенский в качестве режиссера, не оставит равнодушным просто никого.

А я стараюсь во всех своих рассказах сочетать комедийную составляющую и драматические или трагические ситуации. Но основная задача — чтобы они все были из самой обычной жизни и рассказывали про самых обычных людей. Потому что все мы проходим через жизнь с определенным уровнем боли. И когда я говорю трагически, я не про войну или смерть, а про человеческие отношения, потому что иногда и расставание — это трагедия. Так что мне как раз в таком формате писать легко, и, судя по реакции зрителей, у меня это получается. По крайней мере, за это чаще всего меня и хвалят, за сочетание комедийных и драматических моментов в одной истории или в одном фильме.

А вы знаете, тут недавно в одном из интервью мы совместно нашли ответ на этот вопрос: это спектакль о несчастливых людях, которые идут к счастью. Почти все ситуации в этом спектакле приведут людей к тому, что они станут счастливее. Если, конечно, не случится финал, который заявлен в начале, а может быть, он и не случится, всегда же есть надежда. Люди все равно разруливают свои жизненные ситуации к лучшему, развязывают узлы, которые мешали им жить. Спектакль о людях, которые сейчас несчастны, но за счет этого прожитого дня они станут счастливее.

Да, формат тоже придумал наш главный по креативу Константин Юрьевич Хабенский. Сначала мы покажем зрителям киноверсию. Мы шутим, что у людей, которые сходят в кино, будет возможность предупредить своих друзей не ходить в театр, если им не понравится. Киноверсия отличается от театральной, в том числе количеством новелл. Различаются и длина каждой новеллы, и их содержание. В кино всё плотнее. Кино — это другое высказывание и, может быть, даже чуть-чуть с другими посылами. Я очень рад, что у зрителей будет возможность сравнить.

Общий посыл в том, что некоторые решения нужно принимать прямо сегодня, потому что завтра может и не быть, не наступить, не случиться. Ты не сможешь сказать те слова, которые должен сказать, не сможешь выразить те эмоции, которые нужно выразить сегодня. Ведь, по сути дела, у нас есть только настоящее. Прошлого не существует, а будущее не гарантировано. Это раз. Второе: никогда не поздно что-то изменить в своей жизни и поступить по зову сердца. Это два. И три: несмотря на то что мы все разные люди, на самом деле мы очень похожи. У нас есть сердце, оно болит, оно живет, оно очень часто требует помощи. Потому что само не справляется.

Мне кажется, что все вдохновение берется только внутри, в собственных переживаниях, в вопросах, на которые нет ответа. И ты пытаешься найти ответ в тексте. В вопросах о том, как правильно поступить. В новеллах из нашей истории нет этого однозначного ответа. Вдохновение возникает из окружающей действительности и из желания поделиться своим мнением с миром. Не факт, что миру это интересно, и даже, скорее всего, и не очень интересно, но надежда умирает, как говорится, последней.

Еще прекрасным элементом вдохновения, самым лучшим из изобретенных человечеством, является дедлайн и подписанный контракт. В случае с Константином Хабенским контракт не обязателен, просто сам факт, что ты пообещал что-то сделать, обязывает больше, чем любой контракт. И вот когда у тебя есть дата, в которую нужно все сдать, то почему-то в голове моментально возникает нужный сюжет и история. Вероятно, Господь Всемогущий понимает, что я разгильдяй, и видит, что я не справлюсь, открывает канал, сливает мне из своих запасов хорошие истории, и я как-то справляюсь со стрессом.