Американский мечтатель

25 апреля 2014

Дэвид Маника: «Я стал спортивным архитектором из-за девушки!»

Над «ВТБ Ареной» встает солнце новой жизни. Версия Дэвида Маники.  © Manica Architecture

Над «ВТБ Ареной» встает солнце новой жизни. Версия Дэвида Маники. © Manica Architecture

До начала работы над проектом «ВТБ Арена парк» американский архитектор Дэвид Маника ни разу не был в России. Его специализация – создание спортивных сооружений. Его проекты строятся по всему миру, в том числе в Китае, Франции, Испании, Катаре и Великобритании. Перелетая от одного заказа к другому, Дэвид Маника долетел и до России. В последнее время в Москве Маника бывает довольно часто. Во время очередного прилета Дэвида в российскую столицу корреспондент VTBRussia.ru встретился с архитектором, чтобы узнать не только о текущем состоянии проекта «ВТБ Арена парк», но и о том, что именно привело Дэвида Манику в спортивную архитектуру и от чего ради этого ему пришлось отказаться.

Вызов брошен

– Дэвид, на какой стадии сейчас находится проект «ВТБ Арена парк»?

– Как вы, наверное, знаете, в прошлом году мы скорректировали проект – для уменьшения вместимости стадиона. Я уверен, что это позволило сделать проект лучше, удобнее для будущих посетителей арены. Сейчас мы переходим к следующему этапу, к работе над внутренним оформлением. Что касается стройки, то она уже началась.

– Никаких проблем во время работы над проектом у вас не возникло?

– Трудности бывают всегда, тем более при работе с такими сложными проектами. А это один из самых грандиозных проектов, над которым мне когда-либо приходилось работать. Здесь как бы три здания в одном. В том числе и подземный гараж, торговая зона, крытая арена, рассчитанная на 12 тысяч посадочных мест, а также 27-тысячный стадион… Обычно все эти сооружения строятся отдельно друг от друга, но в проекте «ВТБ Арена парк» все соединено воедино. Кроме того, мы должны обязательно сохранить исторический фасад стадиона «Динамо». Лично для меня это действительно серьезная, по-настоящему интересная задача, профессиональный вызов. Конечно, впереди еще очень много работы, но я уверен: мы на правильном пути. Думаю, в 2017 году будет открыто действительно уникальное сооружение!

От заката до рассвета: «ВТБ Арена» в ночном освещении. © Manica Architecture

Открытие России

– Вы помните вашу первую поездку в Россию?

– Да, очень хорошо помню. Это было в августе 2010-го, меня пригласили обсудить нынешний проект. Было ужасно жарко, и стоял сильнейший смог из-за лесных пожаров. Но я с первого взгляда влюбился в город. И не буду лукавить, если скажу, что с удовольствием сюда возвращаюсь вновь и вновь.

– Что произвело на вас такое сильное впечатление?

– В Москве сердечные, приветливые люди, которые всегда оказывают очень радушный прием. Разве это уже не повод, чтобы вернуться? У меня появилось здесь довольно много друзей. И сам город, конечно, очень красив, с большим количеством исторических зданий. У вас удивительное метро – одно из самых прекрасных, которые мне доводилось видеть. Сначала у меня не было возможности оценить метро в полной мере, меня постоянно возили на машине. Но я так устал от пробок, что буквально сбежал в метро. И теперь предпочитаю метро всем машинам! Быстро, удобно и очень красиво. Но, конечно, в самую первую очередь я полюбил Москву за тот проект, который я здесь делаю. Поверьте, меня по-настоящему вдохновляет эта работа!

– Москва – единственный российский город, который вам удалось увидеть?

– Прошлым летом мы ездили на Алтай в отпуск. Нас с женой пригласили друзья, наша дружба как раз завязалась во время работы над проектом «ВТБ Арена парк». И мы отправились в десятидневный пеший поход. На Алтае невероятно красиво! Мы были в горах и испытали просто удивительные ощущения. Представьте, что стоите на высочайшем пике, а вокруг – сплошные горы. Кажется, что паришь над миром. Такое умиротворение… Эту поездку я запомню на всю жизнь.

Я действительно счастлив, что выбрал этот путь, и у меня есть возможность реализовывать интереснейшие проекты по всему миру

Нас встретили в аэропорту местные жители… В Америке мы их называем «рейнджеры». Они должны были доставить нас до места стоянки лагеря. По дороге наши машины несколько раз ломались, но каждую поломку мы воспринимали как новую возможность насладиться красотой пейзажа. Дорога была очень сложной, почти непроходимой. Мы жили в палатках, сплавлялись по реке, видели диких зверей… Ну, вернее, не совсем диких. В день приезда на ужин у нас должен был быть барашек, которого мы с собой и привезли. Но как только открылась дверь грузовика, баран тут же спрыгнул и помчался прочь. Так что всей нашей компании пришлось отлавливать наш ужин.

– Барашку в итоге удалось сбежать?

– Увы, нет. Но благодаря бегству он чуть продлил свою жизнь…

– Вам вообще нравится такой отдых? Палатки, костры, природа?

– Поездка на Алтай стала очень интересным приключением – и для меня, и для моей жены. Но я не могу сказать, что я прямо большой фанат кемпинга. Я себя чувствую комфортнее в больших городах и отелях, но на Алтае мы провели удивительное время, это точно того стоило. А главное – мы вернулись живыми.

Дэвид Маника признается: он совершенно счастлив! © Manica Architecture

Что такое счастье?

– Частые поездки в Россию позволили вам избавиться от американских стереотипов в отношении российской действительности?

– Я бы не сказал, что слишком сильно доверял стереотипам о России. Например, в наших фильмах плохие парни почти всегда говорят по-русски, так же, как и в ваших злодеи очень часто из Америки. Впервые отправляясь в Россию, я представлял себе русских немного более серьезными, чем они есть на самом деле. Но, как я сказал, мне повезло, и я постоянно встречаю очень приятных, открытых людей. Еще я ожидал, что Москва окажется куда более серым городом, но это опять-таки оказалось совсем не так. Особенно в теплое время года. А вот стереотип о том, что здесь очень красивые женщины, вполне имеет право на существование!

– В России тоже существуют свои стереотипы об Америке. Например, есть такое понятие, как американская мечта, которое означает прежде всего желание разбогатеть во что бы то ни стало…

– Я все-таки думаю, что типичная американская мечта выглядит иначе. Понятно, что почти все хотят зарабатывать больше, чем они зарабатывают, хотят жить как можно более комфортно. Но деньги для американцев не являются самоцелью. Американская мечта касается скорее желания стать счастливым. Многие люди достигают финансового благополучия, но это не приносит им слишком много счастья.

– А что для вас значит быть счастливым?

– Мне удается чувствовать себя счастливым благодаря работе, которую я делаю. Я действительно счастлив, что выбрал этот путь, и у меня есть возможность реализовывать интереснейшие проекты по всему миру. Кроме того, меня делает счастливым моя семья: потрясающая красавица-жена, две замечательные девочки и мальчик, которому недавно исполнилось четыре года. Из-за постоянных поездок, к сожалению, провожу время в кругу семьи не так часто. Я тут подсчитал, и выяснилось, что 42 процента своей жизни я провожу в разъездах. Но когда я оказываюсь дома, то чувствую себя по-настоящему спокойно и счастливо.

– Почему вы решили стать архитектором?

– В пятом классе, когда мне было лет двенадцать, я увлекся рисованием зданий. Я рисовал почти все сооружения, которые видел в своем городе. Еще я постоянно возился с конструктором «Лего». Но тогда я даже не знал о существовании такой профессии, как архитектор. Позднее родители мне рассказали о ее существовании, и я сразу понял, кем хочу стать в будущем. Но помимо любви к архитектуре у меня было еще одно очень сильное увлечение – музыка. С детства я играл на пианино – в течение шести лет. Но потом я убедил своих родителей разрешить мне бросить фортепиано и заняться игрой на трубе.

«42 процента своей жизни я провожу в разъездах»

В моей жизни был период, когда я был почти уверен в том, что должен заниматься музыкой, а не архитектурой. Но пришло время окончания школы, нужно было выбирать, я понял, что могу быть архитектором и по-прежнему наслаждаться музыкой. Но если я стану музыкантом, то о возможности проектировать здания можно забыть. Правда, довольно быстро оказалось, что архитектура практически полностью поглотила мою жизнь. Я все глубже и глубже погружаюсь в свою профессию. Вот сейчас говорю об этом и понимаю, что не играл на трубе уже лет десять, и я очень скучаю по музыке. Но точно не жалею о своем выборе.

Фасад архитектурного бюро Дэвида Маники. © Manica ArchitectureТруба, футбол и девушки

– Этот выбор оказался самым непростым решением в вашей жизни?

– Не уверен, что это было самое сложное решение, но определиться действительно было очень непросто. В итоге я решил довериться своей интуиции, как бы банально это ни звучало. Еще я прикинул все возможности, которые открывал передо мной тот или иной выбор… На самом деле был еще третий вариант – стать дирижером оркестра. Но и в архитектурном выборе есть возможность работать в команде. Не просто руководить ей, а искать лучшее коллективное решение для того, чтобы создать по-настоящему достойное произведение искусства, необходимое людям. Очень хорошо помню открытие своего первого проекта. Это был футбольный стадион в Хьюстоне, рассчитанный на 67 тысяч зрителей. В день открытия на арене не было ни одного свободного места… И тогда я точно понял: да, это то, чем я хочу заниматься.

– Почему вы в итоге стали проектировать именно спортивные сооружения?

– Это интересная история. Я никогда не был большим любителем спорта. Вернее, иногда я все-таки играл в баскетбол, бейсбол, но не могу сказать, что был страстным поклонником этих игр. Музыка, театр, искусство мне гораздо ближе. Но Канзас-Сити, в котором я вырос, известен на весь мир именно своей спортивной архитектурой. Почти все самые значимые спортивные архитекторы росли или работали здесь. Когда я окончил университет, то решил, что первое время должен поработать в родном городе. Год-два… Ну, если быть совсем честным, то просто в то время я встречался с девушкой, которая еще продолжала учиться в университете. Видимо, в каждой мужской истории обязательно должна быть женщина или даже не одна.

«Я никогда не был большим любителем спорта. Музыка, театр, искусство мне гораздо ближе»

– Получается, любовь не дала вам возможности сделать выбор?

– Была еще другая причина. Когда я пришел на собеседование в 1997 году, у меня тоже спросили, почему я решил пойти в спортивную архитектуру. «Если честно, я не могу себя назвать фанатом спорта», – начал я… В этот момент на меня посмотрели так, как будто собеседование уже закончено. «Но когда я иду на фортепианный концерт, я попадаю в небольшое помещение и вижу вокруг себя много свободных мест. Зато когда я оказываюсь на спортивной 80-тысячной арене, понимаю, что она забита до отказа! Эти сооружения по-настоящему востребованы людьми, и именно они могут изменить жизнь города», – быстро продолжил я. И получил работу. Ну а дальше я вам все уже рассказал.


Медиагалерея (4 фото)

  • vtbrussia.ru_01manika.jpg

    Над «ВТБ Ареной» встает солнце новой жизни. Версия Дэвида Маники. © Manica Architecture

  • vtbrussia.ru_02manika.jpg

    От заката до рассвета: «ВТБ Арена» в ночном освещении. © Manica Architecture

  • vtbrussia.ru_03manika.jpg

    Дэвид Маника признается: он совершенно счастлив! © Manica Architecture

  • vtbrussia.ru_04manika.jpg

    Фасад архитектурного бюро Дэвида Маники. © Manica Architecture

Поделитесь с друзьями:
Facebook Вконтакте Твиттер Одноклассники LiveJournal МойМир Google Plus Эл. почта
Подписаться на новости раздела «Спорт»
Материалы по теме

30 октября 2013

Фанатская трибуна на Центральном стадионе «Динамо» будет вдвое вместительней гостевой Хозяева положения
Фанатская трибуна на Центральном стадионе «Динамо» будет вдвое вместительней гостевой

18 июня 2013

Как будет выглядеть Петровский парк рядом со стадионом «Динамо» Горизонты движения «Динамо-Машины»
Как будет выглядеть Петровский парк рядом со стадионом «Динамо»

6 марта 2013

Хранитель фонда музея «Динамо» Елена Щербачёва: «После победы мы встретили английскую королеву» Охранная грамота
Хранитель фонда музея «Динамо» Елена Щербачёва: «После победы мы встретили английскую королеву»
Новости