Он у меня попрыгает!

13 августа 2013

Рекордсмен мира по прыжкам в длину Игорь Тер-Ованесян: «Предлагаю Болту пари на миллион!»

Игорь Тер-Ованесян, мировой рекордсмен по прыжкам в длину. В XX веке тех, кто переворачивал представления о прыжках и о возможностях человека, было всего пятеро. Один из них – Игорь Арамович Тер-Ованесян. © Пресс-служба банка ВТБ
Игорь Тер-Ованесян недавно перенес инсульт и очень просил его не волновать, когда мы устроились на террасе павильона ВТБ, партнера московского чемпионата мира, во время вечеринки с участием мировых звезд легкой атлетики. Но это оказалось невозможным, потому что такие явления и фигуры, как чемпионат мира, и Усэйн Болт, и собственное прошлое, Тер-Ованесян не способен принимать равнодушно. И в конечном счете дошло до того, что он готов продать свою московскую квартиру, чтобы красиво выложить перед Болтом миллион долларов. Один из пяти мировых рекордсменов, прыгнувших за столетнюю историю прыжков в длину дальше 8 метров, предлагает пари величайшему рекордсмену в спринте! Условия пари, кстати, не для слабонервных! А теперь послушайте – как это было…

Наш ответ

Игорь Тер-Ованесян 17 лет входил в сборную СССР, поражая не только своими уникальными физическими качествами, но и непреходящей жаждой побед. © РИА Новости, Юрий Сомов– Игорь Арамович, и французские журналисты, и английские не скрывали своего разочарования по поводу заполняемости трибун в «Лужниках» в первые дни чемпионата мира. Англичане приводили в пример Лондон, Бриллиантовую лигу. Билеты на все три дня разошлись в течение часа, и каждый день собирал по 75 тысяч зрителей. Французы просто спросили: «А может быть, у вас в России люди не любят легкую атлетику?» Что бы вы им ответили – и на моем месте, и вообще за нас за всех? Любим или не любим?

– Что это нормально. Кто у вас такое спрашивал? Французы… Так, значит, французы. Персонально французам задаю встречный вопрос: какое количество турниров по легкой атлетике проводится во Франции? И на протяжении скольких лет это происходит? А теперь спросите: сколько крупных легкоатлетических турниров было в Москве? Олимпиада-80, когда многие из сегодняшних молодых болельщиков еще не родились?

– Мемориал братьев Знаменских, «Русская зима»?

– «Русская зима» – это зимой. Ну и что в сухом остатке? Это раз. Два: «Лужники» – арена футбольная, а не легкоатлетическая. Собрать любителей легкой атлетики на трибунах, рассчитанных на 80 тысяч, к тому же в период летних отпусков – довольно сложная, практически нерешаемая задача. Арена должна быть компактной, тысяч на 30-40.

– То есть мы изначально были обречены на трибунные «залысины»?

– Однозначно. Когда мы только выиграли право на чемпионат мира, мы все сказали: самой главной проблемой будут зрители. Месяц тому назад Сергей Бубка встречался с президентом…

– …ИААФ – Диаком?

«Я забираю Усейна Болта в прыжки в длину, и через несколько месяцев он у меня прыгнет на 9 метров».

– С Путиным! И поскольку Сергей Бубка отвечает как вице-президент ИААФ за московский чемпионат мира, он так и заметил президенту России, что самая большая сложность – привлечь болельщиков. Путин ответил: «Хорошо, что ты мне об этом сказал. Я постараюсь помочь». И помог, конечно. Но не 80 же тысяч! Собрать больше, чем 30-40 тысяч, impossible («невозможно». – англ.). К сожалению! Однако я думаю, что после чемпионата мира мы заметим всплеск интереса к легкой атлетике… Но только после.

– А вы согласитесь, что еще и наше телевидение немножко неумело показывает легкую атлетику?

– Нет, я так не считаю. Я смотрю трансляции, и, на мой взгляд, все очень хорошо. Единственное, когда идет, предположим, забег на длинную дистанцию, то зачастую телевизионщики начинают показывать его монотонно, круг за кругом, вместо того, чтобы переключиться на что-то другое, где сейчас происходят яркие события, «поплавать камерой»... Да, пожалуй, какие-то вещи с режиссерской точки зрения не до конца продуманы.

Боги и ритуалы

Извечные соперники, герои остросюжетной спортивной драмы в жанре высших достижений: Ральф Бостон и Игорь Тер-Ованесян. © РИА Новости, Юрий Сомов– Игорь Арамович, а теперь о Болте. Главная звезда чемпионата… Почему он так напряжен? Что с ним творится? У него же как будто нет в Москве серьезных соперников: Йохан Блейк травмирован, Асафа Пауэлл и Тайсон Гэй попались на допинге.

– Вы тоже это заметили, что Болт напряжен? – тут же оживился Игорь Арамович. – И я спрашивал себя: «Почему у него такое лицо перед выходом на старт стометровки?» Но я бы выразился иначе: не напряжен, а предельно мобилизован. А я рад, что он мало чудит. Мы привыкли к его выходкам, а ведь легкая атлетика – все-таки не цирк. Это церковь. Я так думаю… По-видимому, он сказал в процессе внутреннего диалога со своим «я», который неизбежно происходит у каждого перед появлением на дорожке: «Знаешь что, Болт? Ты, конечно, шоумен, но сейчас ты бежишь стометровку, а потом тебе предстоит бежать еще 200 метров и, возможно, эстафету 4х100. Поэтому сконцентрируйся на самом для тебя важном и… расслабься!» На мой взгляд, очень хорошо, что Болт понимает разницу между церковью и цирком. И умеет, когда нужно, вести себя спокойно, строго, как и полагается в храме. По большому же счету у него в Москве нет противников. Болт может выиграть все свои старты на одной ноге.

– Еще я думаю: мировых рекордов в исполнении Болта в Москве не будет…

– Вероятнее всего, их в Москве вообще не будет. «Лужники», как я уже подчеркивал, – не легкоатлетическая арена, в ней нет особой атмосферы, способствующей мировому рекорду. Хочу заметить и другое. А сколько у нас сейчас на московском чемпионате мира выступает действующих мировых рекордсменов? Кроме Усэйна Болта и Елены Исинбаевой, я навскидку никого и назвать-то больше не могу.

Быть мировым рекордсменом в СССР значило быть героем: первая в мире женщина-космонавт Валентина Терешкова и Игорь Тер-Ованесян. © РИА Новости, В. Козлов– Вы солидарны со многими другими тренерами в том, что бить старые рекорды в современных реалиях почти непосильная задача? Большинство откровенно отмахивается: «Не надо о древних рекордах! Слышать о них ничего не хочу!»

– Намек мне понятен. Древние рекорды были стероидными, тогда не проверяли так, как проверяют сейчас… Да, какие-то были стероидными. Но не везде. В прыжках в длину за сто лет, с тех пор, как был преодолен рубеж в 8 метров, появилось всего только пять мировых рекордсменов! Джесси Оуэнс – 8,13 в 1935 году. Далее: Ральф Бостон, Игорь Тер-Ованесян, Боб Бимон, Майк Пауэлл. И ни один из них, вот вам крест, смотрите (Игорь Тер-Ованесян осеняет себя крестным знамением), стероидным не был.

– В том числе и рекорд Бимона – легендарные 8,90 на Олимпиаде в Мехико, ввергнувшие мир в состояние транса?

– В том числе и этот рекорд. Знаете, спустя годы после этого случая я прыгнул на 8,70. Правда, с заступом! Но разве в этом дело? Под конец карьеры я уже ясно осознавал: все эти годы я был готов прыгать под девять метров, я сам ограничивал себя ментально. Не верил, что такое возможно! Я думал: ну хорошо, вот рекорд Джесси Оуэнса, вот его перепрыгнул Ральф Бостон, а я в свою очередь перепрыгнул Бостона. Каким будет следующий «полет в неизведанное»? И называл шепотом казавшуюся тогда запредельной цифру: восемь с половиной! А этот чудесный парень, Боб Бимон, в отличие от меня слишком много не думал! Он даже в метрах не разбирался, только в футах, и, пока ему не перевели, сколько это будет в футах, он стоял с равнодушным видом, не подозревая, что сотворил.

Редкое мгновение: рекордсмен мира и Европы по прыжкам в длину просто гуляет по Москве. По словам самого Игоря Арамовича, он объехал весь мир, но всюду видел одно и то же: спортивные залы и стадионы. © РИА Новости– Но как вы перенесли это: бывший малолетний наркоторговец из черного гетто, не разбиравшийся в метрах, разрушил хрустальный дворец, который вы, интеллектуал, строили долгие годы, оттачивая технику до превращения ее в совершенство?

– Олимпиада в Мехико не должна была стать «моей» Олимпиадой. «Моей» была другая – в Токио, четырьмя годами раньше. Но там я «перегорел». Этот интеллектуал, как вы изволите выражаться, совершал свои ошибки. Не надо слишком хотеть. А я тогда, в Токио, хотел и желал до умопомрачения. А сила Боба Бимона была в том, что он не думал слишком много и не ставил перед собой рамок. Он оттолкнулся и полетел…

В ногах ли правда?

– Кстати, сила Болта, возможно, тоже в его ограниченности. Он отбросил от себя все: не ходит смотреть достопримечательности городов, в которых выступает. Кремлю, Грановитой палате, Третьяковской галерее он предпочитает «рубку» в гостиничном номере в playstation. Любовь к женщине, семья – это он тоже отложил на неопределенный срок.

– А-а, это другое. Я был таким же! Какие памятники архитектуры, какая любовь? Ничего у меня не было. Меня знакомые спрашивали: «Игорь, ты так много ездил (учтите, я выступал в пору «железного занавеса»), расскажи нам, что ты видел?» И очень удивлялись, когда я отвечал: «Кроме аэропорта, отеля и арены я не видел ничего». Я вам уже говорил: легкая атлетика не цирк, а церковь. Нельзя нарушать ее законов. Болт все делает правильно. И в Москве он пробежит хорошо. Болт – это животное. Но это очень умное животное. Оно слышит стартовый выстрел и бежит на инстинкте – так быстро, как только может! Это уникальное животное, и я хотел бы предложить ему пари на миллион долларов!

Игорь Арамович убежден: легкая атлетика – не цирк, а церковь. И даже такие великие спортсмены и шоумены, как Усейн Болт, рано или поздно понимают это. © РИА Новости, Антон Денисов– Ух ты! Какими будут условия пари?

– Я забираю его в прыжки в длину, и через несколько месяцев он у меня прыгнет на 9 метров (мировой рекорд – 8,95, установлен Пауэллом 22 года назад! – Прим. авт.). Если этого не произойдет, пусть Болт забирает весь миллион себе. Но мне как тренеру за вложенный труд полагается треть – в качестве гонорара. Соответственно, тысяч триста.

– Простите, Игорь Арамович, согласитесь, это очень существенно: чей миллион изначально будет лежать на кону – ваш собственный или Усэйна Болта?

Это грамотная постановка вопроса! Хорошо, пусть это будет мой миллион…

А у вас есть миллион? Впрочем, что это я: теперь все мы, москвичи, миллионеры. Стоит нам продать квартиру…

Точно! Я готов. Рисковать – так по-крупному. Мужчине не к лицу мелочиться.


Для справки

Игорь Арамович Тер-Ованесян – советский легкоатлет, неоднократный рекордсмен мира в прыжках в длину. Пятикратный участник Олимпийских игр, начиная с Олимпиады в Мельбурне, двукратный бронзовый призер Олимпиад 1960 и 1964 годов. Родился 19 мая 1938 года в Киеве. Уже в 17 лет вошел в сборную СССР и выступал в ее составе в течение 17 лет. Дважды бронзовый призер Олимпийских игр. В Риме в 1960 году – 8,04 м и в Токио в 1964 году –7,99 м. Первым из европейских прыгунов преодолел рубеж в 8 метров в прыжках в длину. 8 раз бил европейские и 2 раза мировые рекорды. Обладатель уникального для европейского атлета достижения: в 1963 году завоевал звание чемпиона США в закрытых помещениях. Многократный чемпион СССР в прыжках в длину и спринтерских дисциплинах. Четырежды (1962, 1966,1967 и 1969) обладатель лучшего результата сезона в мире в прыжках в длину. Главный тренер сборной СССР по легкой атлетике (1983 –1989). Председатель Главного тренерского совета сборных команд Спорткомитета России. С 1991 года – член центрального совета IAAF.


Медиагалерея (6 фото)

  • vtbrussia.ru_00_Portret_Ovanesyan_687x450.jpg

    Игорь Тер-Ованесян, мировой рекордсмен по прыжкам в длину. В XX веке тех, кто переворачивал представления о прыжках и о возможностях человека, было всего пятеро. Один из них – Игорь Арамович Тер-Ованесян. © Пресс-служба банка ВТБ

  • vtbrussia.ru_1Ovanesyan.jpg

    Игорь Тер-Ованесян 17 лет входил в сборную СССР, поражая не только своими уникальными физическими качествами, но и непреходящей жаждой побед. © РИА Новости, Юрий Сомов

  • vtbrussia.ru_2Ovanesyan.jpg

    Извечные соперники, герои остросюжетной спортивной драмы в жанре высших достижений: Ральф Бостон и Игорь Тер-Ованесян. © РИА Новости, Юрий Сомов

  • vtbrussia.ru_3Ovanesyan.jpg

    Быть мировым рекордсменом в СССР значило быть героем: первая в мире женщина-космонавт Валентина Терешкова и Игорь Тер-Ованесян. © РИА Новости, В. Козлов

  • vtbrussia.ru_4Ovanesyan.jpg

    Редкое мгновение: рекордсмен мира и Европы по прыжкам в длину просто гуляет по Москве. По словам самого Игоря Арамовича, он объехал весь мир, но всюду видел одно и то же: спортивные залы и стадионы. © РИА Новости

  • vtbrussia.ru_5Ovanesyan.jpg

    Игорь Арамович убежден: легкая атлетика – не цирк, а церковь. И даже такие великие спортсмены и шоумены, как Усейн Болт, рано или поздно понимают это. © РИА Новости, Антон Денисов

Поделитесь с друзьями:
Facebook Вконтакте Твиттер Одноклассники LiveJournal МойМир Google Plus Эл. почта
Подписаться на новости раздела «Спорт»
Новости