Дмитрий Хохлов: «Я далеко не так мягок, как кажется»

2 декабря 2010

Футболист «Динамо» Дмитрий Хохлов. Фото: Константин Твердовский
Футболист «Динамо» Дмитрий Хохлов
На последний в профессиональной футбольной карьере Дмитрия Хохлова матч болельщики «Динамо» вывесили плакат: «Дима, ты был достойным капитаном!». И капитан своих болельщиков не подвел, забив в своей прощальной встрече гол в ворота московского «Спартака». Но запомнился Дмитрий не этим. Как и не тем, что провел за свою профессиональную карьеру более 50 матчей за национальную сборную и почти 500 встреч в чемпионатах России, Голландии и Испании, забив 75 мячей. Наверное, большинству поклонников футбола Хохлов запомнится своим прощальным жестом, когда прорвавшему кордон охраны и выбежавшему на поле динамовскому болельщику он подарил свою футболку. Ту самую, в которой Дима провел свой последний футбольный матч, и которую он, по собственному признанию, очень хотел сохранить на память. Таков он – Дмитрий Хохлов. Игрок «потерянного» поколения 90-х.



Дмитрий, Вам всего 35 лет, многие футболисты в таком возрасте даже не задумываются об окончании карьеры, почему Вы решили повесить бутсы на гвоздь?
– Каждый сам решает, когда ему уходить из большого спорта. Действительно, многие продолжают играть до сорока. Но я уже не чувствую в себе былой легкости и свежести, поэтому для меня решение завершить футбольную карьеру очевидно.

Фото: Константин ТвердовскийНо ведь можно было бы «сыграть как Бекхэм» – уехать куда-нибудь в США или ОАЭ, где уровень клубного футбола пониже, скорости не такие высокие, борьба не такая контактная. Многие на закате карьеры так и поступают…
– Такой вариант был бы возможен, если б меня заботила только своя скромная персона. Но у меня есть семья. Дети, которые учатся в Москве, и для которых очередной переезд был бы крайне нежелателен.

А почему не оставить семью в России, а самому на время «убыть на заработки»?
– Подобное никогда даже не рассматривалось. Мы всегда, на протяжении всей моей футбольной карьеры, были вместе. Нарушать эту устоявшуюся традицию мы не намерены и теперь.

Эта традиция – решение всего «семейного совета»? Или Ваше личное?
– Мое личное. В мои футбольные дела жена не вмешивается. И даже в тех редких случаях, когда я обращаюсь к ней за советом, она, обычно, отвечает «решать должен ты сам».

Известнейший американский теннисист Андре Агасси, который завершил карьеру в 36 лет, несмотря на то, что последние годы его мучила серьезная травма спины, как-то сказал: «Не могу смотреть, как играют другие, пока сам в состоянии выходить на корт». А Вы уверены, что сможете смотреть на футбол равнодушно? Жить без футбола?
– Смотреть на футбол равнодушно и жить без него, я, однозначно, не смогу. Но я этого делать и не собираюсь. Скорее всего, свою дальнейшую судьбу я свяжу с футболом, но в какой-то другой ипостаси. Поэтому ухожу с легким сердцем.

Неужели не пожалеете о своем решении? Сейчас у Вас еще есть силы и возможность играть. Вернуться через год-два будет значительно сложнее…
– Вряд ли я сейчас в состоянии ответить на этот вопрос, задайте его через год. Мои футбольные друзья, те, кто постарше, тоже отговаривают вешать бутсы на гвоздь. Говорят, что впоследствии жалели о решении уйти, когда еще несколько лет могли бы играть на самом высоком уровне. Но у каждого своя судьба, в конечном счете, выбор всегда остается за тобой.

Насколько на Ваше решение повлияла семья? Вы решили, что пришло время уделять семье больше внимания, чем футболу?
– Нет, для меня семья всегда была на первом месте. Я никогда не ставил футбол выше семьи.

Вы родились в Краснодаре, но на  уровне команд высшей лиги заиграли в Москве, что  довольно нетипично, ведь в столицу футболисты обычно пробиваются через провинцию. Как так вышло?
– Так ведь в краснодарскую «Кубань» меня никто не звал, хотя свою карьеру мне хотелось начать именно там. А когда заканчивал школу, меня «заметили» представители ЦСКА, пригласили в Москву. Принять решение мне помог дедушка, преданный поклонник футбола и столичного «Спартака». Конечно, ему бы хотелось, чтобы я играл в «Спартаке», но и ЦСКА виделся очень неплохим вариантом.

Насколько я знаю, перед этими событиями был период, когда Вы вообще хотели «завязать» с футболом …
– Было такое. В 17 лет ветер в голове гуляет. Рядом была любимая девушка, жизни без которой я уже не представлял. Поэтому переезд в другой город не входил в планы. 

И Вы решили уйти в коммерцию, заняться продажей-перепродажей…
– Нужно же было как-то зарабатывать деньги. Хотелось отдохнуть с любимой на море. Поэтому брался фактически за любую работу, которая подворачивалась.

Фото: Константин ТвердовскийДаже на рынке торговали?
– Было дело. Но продлилось недолго, по-моему, меньше месяца. А всего ассортимента не упомню. Косметикой, кажется, торговал. Еще одежда какая-то была.

За свою профессиональную карьеру Вы сменили 4 московских клуба, не поиграли только за «Спартак». А в каком клубе Вам было комфортнее всего?
– Да везде было комфортно. Если бы было по-другому, искал куда уйти. Выделить какую-то одну команду я не могу, каждая из них – страничка в моей биографии. О каждом из этих клубов остались приятные воспоминания, впрочем, как и какие-то неприятные. Но я не хотел бы их сравнивать.

А не хотелось ли Вам «собрать всю коллекцию», поиграв еще и за «Спартак»? Тем более, что сейчас его тренирует один из ваших самых больших друзей Валерий Карпин…
– Я никогда не ставил себе цели попасть в какой-то конкретный, именно этот клуб. О таких вещах я даже не задумывался.

А сам Карпин, зная о Вашем желании завершить карьеру, по-дружески не предлагал перейти?
– Ну, может быть, года два назад, когда Валерий только начинал тренировать «Спартак», какие-то разговоры на эту тему были. Но именно разговоры – дружеские и шутливые. Но как тренер он понимает, что предлагать перейти в свою команду футболисту, который намерен завершить карьеру, абсурдно. Поэтому никакого предложения не было.

С Карпиным в одной команде Вы играли еще в испанском «Реал Сосьедаде». За границу поехали на заработки?
– Нет, мне было интересно попробовать себя в другом чемпионате. Деньги первостепенного значения не имели, тем более, что в России тогда можно было заработать больше. Но я всегда мечтал поиграть за испанский клуб. Поэтому транзитом через Голландию я оказался в Сан-Себастьяне.

А что привлекало в Испании, за исключением мягкого «краснодарского» климата? 
– Как раз климат меня волновал меньше всего. А интересовал меня испанский футбол, он мне нравился с детства. Нравились многие испанские клубы, нравился стиль, в котором они играют.

В чем же отличие испанского стиля от других?
– Он более техничный, комбинационный. В Испании футбол – это зрелище. В отличие, к примеру, от Италии,  где упор делается на физическую подготовку, а большинство команд исповедуют защитную тактику. Поэтому испанским футболом можно наслаждаться.

До «Реал Сосьедада» Вы играли за голландский ПСВ. Сравнивая все три чемпионата, все три страны, где Вам нравилось больше всего?
– Естественно в России, потому что я тут родился. Но и в Испании я себя чувствовал абсолютно комфортно.

Фото: Константин ТвердовскийА почему тогда решили покинуть Испанию? Там ведь и климат получше, и уровень жизни повыше…
– У меня закончился контракт, к тому же тогда вводился очень жесткий лимит на легионеров. Предложения от испанских команд были, но ни одно меня не устроило. И я решил вернуться в Россию, тем более, что «Локомотив» предлагал хороший контракт.

И все же, чего в Вашем решении было больше, «финансовой составляющей» или ностальгии по Родине?
– Ностальгия была, что скрывать. Ну а если б меня интересовали только деньги, я бы выбрал Грецию или ОАЭ. Но мне хотелось играть на самом высоком уровне, за команду, которая выступает в Лиге чемпионов. И я поехал в московский «Локо».

То есть, на чужбине хорошо, а дома лучше?
– Супруга очень жалела, что мы уезжаем из Испании. Там созданы все условия для нормальной жизни. Там нет наших сумасшедших пробок, хорошая экология, свежие продукты и т.д.  Но, честно признаться, по России я скучал сильно.

То есть, вопрос о переезде в Испанию на ПМЖ не стоит?
– Пока нет. Пока дети учатся в школе, это просто не реально. Но в будущем возможно все.

Оглядываясь назад, на всю футбольную карьеру, признайтесь, Вы ею довольны?
– Конечно, всегда хочется достичь чего-то большего. Но по большому счету, жаловаться мне не на что.

Ничего не хотелось бы изменить? Может быть, когда-то поступить как-то иначе?
– Нет, если говорить о поступках, то я не жалею ни о чем. Но хотелось бы добиться каких-то серьезных побед со сборной, выиграть Кубок России, который мне так и не покорился, и т.д.

Можете назвать самый памятный матч в карьере?
– У меня их два, и оба за сборную России. Победа над чемпионами мира французами 3:2 на знаменитом стадионе «Стад де Франс» в отборочном турнире чемпионата Европы 2000 года. И ничья 1:1 с украинцами в «Лужниках» в последнем матче того же цикла, из-за которой нам не удалось пробиться в финальную часть.

Обычно спортсмены запоминают моменты триумфа, а не досадные поражения. Почему ничья с Украиной так запала в память?
– Потому что этот матч повлиял на судьбу многих футболистов национальной сборной, в том числе и на мою. После него в сборной произошла смена поколений, ушла целая плеяда талантливых игроков. А ведь в том составе мы могли бы много добиться… Да и обидно было. Не по делу пропустили в концовке нелепый гол, из-за этого не попали на чемпионат Европы. Очень обидно.

Фото: Константин Твердовский- А самый памятный гол есть?
– Тоже два. Первый, который я в испанском чемпионате забил в ворота мадридского «Реала», когда мы победили 3:0. А второй – в Лиге чемпионов за «Локомотив», когда  головой издалека уложил мяч в ворота «Интера». Хотя во многом случайный гол, но очень красивым получился.

А самая дорогая награда в коллекции есть?
– Любая награда по своей сути приятна. Но выделю, наверное, две – золото с «Локомотивом» в 2004 году и бронза с «Динамо» в 2008-ом.

Что дальше, тренерская карьера?
– Если продолжать жить футболом, наверное, да. Во всяком случае, обязательно попробую. А дальше – как получится. Но тренерская работа мне намного ближе какой-то другой административной.

А не считаете себя слишком мягким человеком для тренерской работы?
– Трудно сказать. Чтобы понять, необходимо попробовать. 

Вы ведь не любитель конфликтов. По-моему, единственный раз за карьеру до открытой конфронтации у Вас дошло только с тренером ПСВ Эриком Геретсом, когда бельгиец упрекал российских игроков в чрезмерной любви к спиртным напиткам?
– Это был открытый конфликт, там дошло до прессы. Но существует масса конфликтов, которые не выносятся на публику. Поэтому не стоит делать вывод о том, что я мягкий человек, по публикациям в печати. Я далеко не так мягок, как кому-то кажется.

Фото: Константин ТвердовскийВ этом году в прессе активно обсуждался конфликт в «Динамо» между лидерами команды Игорем Семшовым и Владимиром Габуловым. Это как раз «образец» открытого конфликта?
– Большинство журналистов пытаются раздуть из мухи слона. Даю вам 150%, что в любой команде за неделю тренировок происходит хоть одна микродуэль, случается хоть один микроконфликт. И это абсолютно нормально. То, что происходит в «Динамо», ничем не отличается от того, что происходит в других клубах. Но СМИ упорно акцентируют на этом внимание. Поверьте, в «Динамо» вполне нормальная атмосфера, а между игроками хорошие дружеские отношения.

Почему же тогда «Динамо» в этом сезоне не выполнило поставленных задач? Ведь состав вполне приличный был…
– Это вопрос, на который я, к сожалению, не могу ответить. Вроде все есть: и подбор игроков хороший, и все условия созданы, а результата нет. Виноваты все, и игроки, и тренеры. А что в этой ситуации делать? Прежде всего, не посыпать голову пеплом. Работать с удвоенной энергией. И результат придет.

Перед прощальным матчем с московским «Спартаком» Вы сказали, что обязательно оставите себе футболку на память. Но вместо этого отдали ее прорвавшему кордон и выскочившему на поле динамовскому болельщику. Почему?
– Потому что грех было не отдать.

Поделитесь с друзьями:
Facebook Вконтакте Твиттер Одноклассники LiveJournal МойМир Google Plus Эл. почта
Подписаться на новости раздела «Спорт»
Новости