«Просто бегать и биться можно и медведей научить»

24 октября 2016

Сергей Орешкин — о Кубке мира, динамовской молодежи и российском менталитете

Главный тренер московского «Динамо», генеральным спонсором которого выступает банк ВТБ, практически не общается с прессой за пределами основных обязанностей — пресс-конференций или экспресс-комментариев. Его нельзя назвать закрытым, но дистанцию он держит хорошо, а в беседах никогда не выходит за рамки хоккея. Достаточно необычно, но тут явно ощущается влияние 23 лет, прожитых в Европе. Ментально он куда больший европеец, чем некоторые европейцы. И это проявляется как в работе, где ему присущ высокий профессионализм, так и в желании учиться, в котором ему не откажешь. Хотя и некоторые чисто русские черты все же проглядывают. Возможно, именно этот «микс» и помог ему очень быстро вытащить бело-голубых из небольшой ямы, в которую команда угодила в прошлом сезоне.


 «Главное — головой больше думать»


— Наверняка же следили за Кубком мира. Увидели что-то интересное лично для себя?

— Конечно, следил. Хоккей двигается вперед. Он стал очень быстрым. И не только в плане движения, но и в плане головы. Особенно это касается родоначальников игры — канадцев. 

— Сейчас в КХЛ пошла тенденция оказывать как можно большее силовое воздействие на соперника, а между тем канадцы на Кубке мира показали, что чем больше ты контролируешь шайбу, тем меньше нужды применять хиты.

— Естественно: контроль шайбы — это основное. Правильная оценка эпизодов и контроль означают, что ты владеешь ситуацией, ведешь игру. 

— Лично вы стремитесь к такой вот игре? «Динамо» в числе самых хитующих команд лиги.

— Игра есть игра. Стыки есть и будут, но самое главное — головой больше думать. От этого приходят и моменты, и голы. Просто бегать и биться можно и медведей научить. Они тоже на коньках катаются.

— Вот сборная США в этом смысле отличилась со знаком минус. У них была самая тяжелая команда на турнире с большим количеством «силовиков», по силовым приемам они как раз лидировали, но ни одной победы одержать так и не смогли.

— Американцы удивили, да. Может, переоценили себя. Хотя там были собраны хорошие игроки под руководством опытного тренерского штаба. Видимо, сконцентрировали свое внимание именно на силовой борьбе, и ее-то выиграли, а в хоккей проиграли. 


«Нужно работать и терпеть»


— Одной из сильных сторон команды-открытия этого турнира — сборной Европы — была активная защита. Глядя на свою команду, можете сказать, что ваши подопечные обучены тому, чтобы так же грамотно подключаться к атакам? 

— Мы стараемся, стремимся к этому, но невозможно за один день все изменить. Это кропотливая работа. Чтобы вырастить нового Мэта Робинсона, нужно работать и терпеть. Каждый день. Это ведь еще и от менталитета очень зависит. Ментально канадцы, европейцы и россияне сильно отличаются. То, что «там» вообще не надо объяснять, здесь, бывает, приходится повторять по многу раз. 

— Подобные вещи подразумевают хороший контакт тренера с игроками.

— Игрок должен понимать, что от него требуют, а тренер — видеть, может ли хоккеист это сделать. Если не может — научить. А учить — это время, это силы. При этом нужно понимать, что ничего не придет за день-два-три. За год-два. Повторюсь, нужно терпеть и работать.

— В этом смысле интересно, что вы едва ли не больше всех в лиге используете молодых игроков. Не потому ли, что с ними проще найти общий язык? Что они более податливый материал?

— Нет, не поэтому. Просто молодая кровь — она всегда дает толчок. Дает новую жизнь. Кроме того, рядом с опытными игроками молодежь быстрее растет. Когда идет смена поколений, это нужно учитывать. Пусть они учатся, смотрят ветеранам «в рот» и все запоминают.


 «Я уверен в команде»


Сергей Орешкин во время прогулки по Хельсинки перед матчем с финским «Йокеритом» © Александр Антонов — Вы и в последние минуты матчей не боитесь выпускать молодых. Даже в плей-офф можно было увидеть в концовках Шипова, Федорова, Брюквина и других. Притом что в КХЛ такая практика в принципе отсутствует. Почему не боитесь? 

— Если я уверен, что они могут играть в такие моменты, если вижу, что они способны с этим справиться, то почему нет? А когда им доверять? Пусть они через это пройдут. Пусть они поймут, что от них требуется, что сама хоккейная жизнь от них требует. 

— Просто в КХЛ тренерская должность — расстрельная.

— Совершенно верно.

— Пару раз оступился — и отставка не за горами. Поэтому большинство тренеров полагается на опытных ребят. А вы не боитесь. У вас за спиной серьезная поддержка со стороны руководства? Или вы настолько уверены в своей молодежи?

— Я уверен в команде. Потому что вижу, как ребята относятся к делу. В последнее время мы много нового вводим и в работе на земле, и в работе на льду, психологию меняем. Каждый день мы все вместе учимся новому. Да, может быть, сейчас нет нужного результата, но он идет через работу. Он только так и может прийти. Предсезонка показала, что направленность в работе была верная, был хороший результат. Потом, правда, мы чуть сбились, но уже знаем где… Сейчас потихонечку вытягиваем. Плюс у нас травмированных очень много, и это ведущие игроки. Ничего, поставим всех на ноги — и все у нас получится. 

— Вы сказали, что привносите много нового в свою работу. Откуда вы берете это новое?

— Во-первых, смотрю сам по обстановке, по игрокам. Если что-то не получается, стараюсь не исправлять это тупо заученными упражнениями, а моделировать ситуацию. Разбирать, что правильно, что неправильно, и заново вносить в игру. А по физической подготовке — у нас хороший тренерский дуэт из Филиппа Арзамазова и Евгении Храмовой, которые дополняют друг друга. Они ребятам много нового прививают, у них в работе много чего интересного почерпнуто из Канады, Америки, Европы. Когда мы еще играли, все было совсем по-другому. Много травм было. Мы стараемся уйти от этого, и, в принципе, получается. 

— А в плане тактической подготовки? Где черпаете новые идеи? Хоккей ведь все время меняется. 

— То, что мы сейчас делаем в плане тактики, и является, по сути, самым новым. Просим подключаться защитников, чтобы помогали, чтобы атаковать вчетвером уже при начале атаки. Лучше впятером, но это надо очень много работать. Издалека начинать (смеется). В «позиционках» то же самое: трое играют вблизи от ворот, а четвертый должен накатывать на дальний пятак. Пробуем все.

— В форчеке вы по-разному играете. То в полтора игрока, то в два, то даже в три. От чего это зависит?

— Совершенно верно, по-разному. Зависит от ситуации. Смотрим, как выглядит соперник. Если подсел, естественно, поддавливать, «поддушивать», чтобы побыстрее все закончить (смеется).

— Очень многие в КХЛ до сих пор применяют в обороне персоналку. Вы же играете зону.

— Да, мы играем по «квадратам». Здесь меньше затраты сил. Намного меньше. Не надо кататься за игроком по всей зоне. Да и какой в этом смысл? Ну и растащить оборону в зоне сложнее. Почему у нас в лиге до сих пор живы архаизмы? Этого я не знаю. 


«Хочу съездить в «Детройт» на стажировку»


— А существует ли обмен мнениями? Вы общаетесь с коллегами? В Финляндии, например, есть центр в Виерумяки, где они постоянно собирают настоящие тренерские симпозиумы.

— Нет, почти не общаюсь. Хотя нам тоже было бы полезно собираться, как это делают коллеги из Финляндии, той же Швеции. Учиться никогда не поздно. Учиться надо каждый день.

— Сейчас популярно мнение, что тренерскому штабу нашей сборной на Кубке мира не хватило опыта игры на маленьких площадках. И что не помешал бы маститый тренер-иностранец, у которого как раз можно было бы этому поучиться.

— По поводу тренера-иностранца — я против. Консультанта, чтобы показал, как это все может быть — можно. Но главным ставить иностранца — зачем? У нас огромная страна. Есть свои люди. Возможно, стоило бы туда послать кого-то поучиться, как это финны и шведы делают. Поэтому они и двигаются вперед, потому что постоянно учатся. И норвежцы с датчанами тянутся за ними. 

— А вы сами не хотели бы съездить на стажировку за океан?

— Я планировал в этом году — не получилось. Может быть, в следующем получится. Хочу в «Детройт» съездить, посмотреть, как там все это выглядит.


«Очень сильно удивился этому предложению»


— Как вы восприняли свое назначение в «Динамо» (29 декабря 2015 года. — Примеч. ред.)? Как подарок на Новый год?

— Да не подарок (смеется). Как воспринял? Очень сильно удивился. Потому что, проработав несколько лет в МХЛ и только начав в ВХЛ, было немного странно получить такое предложение. Но спасибо огромное Андрею Николаичу Сафронову и Рашиду Гумарычу Нургалиеву, что доверили. Я бы не сказал, что было как-то тяжело. Не было ничего нового, потому что это хоккей. Ответственность совсем другая — это понятно. Результат нужен совсем другой — тоже понятно. А так, если работу ты любишь, она тебе нравится, ее все равно где выполнять. В МХЛ, ВХЛ или КХЛ. Это в любом случае приятно. А если еще результат выдаешь — в два раза приятнее (смеется).

— Вам эти полгода в «Вышке» до главного «Динамо» что-то дали? Там все-таки более взрослый хоккей.

— Да я даже опомниться не успел. Не было времени толком проанализировать. У нас была самая молодая команда в лиге. Никто от нас ничего не ждал, не считал фаворитами, а мы за эти полгода взяли и выиграли практически все, что только можно было. 

— Исходя из этого опыта, не стоит ли «Вышку» сделать реальной фарм-лигой? Где молодые будут носиться друг за другом, как в АХЛ.

— Может быть, вообще стоило бы отдельную лигу сделать по примеру сборной Северной Америки. С 17 до 23 лет. Чтобы именно этот возраст был. Пусть они между собой варятся, бьются. У нас же играют сейчас Бицадзе и Липанов 1999 года рождения в Высшей лиге. Пусть оббиваются. Чем быстрее обобьются — тем быстрее поднимутся наверх.


 

«Молчи, дурак, за умного сойдешь»


Тренировка перед игрой с финским «Йокеритом» © Александр Антонов — Вы не раз говорили об отличиях российского менталитета. Не трудно заключить, что вы считаете себя представителем европейской ментальности.

— Да, разумеется. Я прожил в Европе двадцать три года.

— С чем лично сталкивались вы в плане российского менталитета, с чем испытывали трудности, переехав сюда? 

— В первый год было сложно. Проявлялось это в отношении к работе. Я-то уехал в Европу в 29 лет и прожил там всю сознательную жизнь, начал свою тренерскую карьеру. Приезжал, конечно, домой раз в год в отпуск — навестить. Но это совсем не то. А начав работать здесь, быстро ощутил разницу. Там ты два-три раза объясняешь, и этого достаточно. Здесь же все нужно постоянно повторять, разъяснять. Есть такие игроки, которые уже в молодом возрасте считают, что все могут и умеют. И им тяжело доказать обратное. Доказывать удается только через работу. Через пряники и кнуты.

— Вы ведь вернулись в Россию из Венгрии в 2011 году?

— Я возвращался в 1995 году, год пробыл тут, а потом уже с концами уехал.

— Интересно, что перед встречей с вами я пытался навести хоть какие-то справки, но никто ничего о вас не знает. Совсем ничего.

— И слава богу. Я не люблю публичности. Ну и я рано уехал, меня мало кто знал на тот момент. И меня эта ситуация устраивает. Чем меньше разговоров — тем лучше. Или как у нас в России говорят: «Молчи, дурак, за умного сойдешь» (смеется).

— Получается, что вы активную тренерскую карьеру начали почти в 50 лет. Достаточно поздно.

— Да, в 50, но не считаю, что это поздно. Я поработал в Европе, начал там в 44, кажется. Занимался с детьми в Венгрии, потом в Румынии, затем опять вернулся в Будапешт в «Ференцварош» главным. Прошел, получается, все — от детей до высшей стадии, до главного тренера команды КХЛ.


«Я чувствую себя молодым, потому что живу с молодыми»


— Насколько тяжело было перейти от работы с детьми к работе со взрослыми?

— С относительно взрослыми. Потому что молодые игроки мне, можно сказать, почти как внуки, а те, кто взрослые, — ровесники моего сына. Если говорить о взрослых в плане хоккея, то, конечно, разница большая. У каждого свое представление о хоккее, о том, как в него надо играть… Впрочем, несмотря на это, общий язык как-то все равно надо находить. Мы же команда. У нас общие задачи и цели. Естественно, мы его находим, и я не считаю, что это дается нам тяжело.

— Шутки в свой адрес в раздевалке допускаете?

— Мы вообще много смеемся. Естественно, иногда и надо мной подшучивают. Как отношусь? Без обиды. Это наше нормальное рабочее состояние. И это жизнь. Нельзя отделять хоккей от повседневной жизни. Я чувствую себя молодым, потому что живу с молодыми.

— Вы как-то говорили, что предпочитаете работяг звездам.

— Да, потому что сам работягой был. Звезды, конечно, нужны, но звезд-работяг мало (смеется).


«Постоянно перечитываю книгу «Профессия — тренер»


— Что изменилось в вашей жизни после назначения в «Динамо»?

— Вообще ничего. Времени разве что меньше стало свободного. Приходится следить за всеми тремя нашими командами.

— Но есть же у вас какие-то хобби, позволяющие отвлечься?

— Люблю интересные фильмы. Читаю… Правда, почти все, что читаю, — по работе. А так — свежий воздух, шашлыки, хорошая компания.

— Что из последнего читали?

— У меня на столе всегда «Профессия — тренер» (автор Дэйв Чембэрс. — Примеч. ред.). Ее по десять раз перечитываешь, все равно что-то новое находишь. Через строку, но находишь. 

— Кого считаете своим учителем в хоккее? 

— Когда я начинал, Владимир Иванович Бакшаев, царствие ему небесное, очень многому меня научил. А самым первым у меня был тоже Владимир Иванович — Скарлат, он гандболом занимался. 

— Там интересно строится позиционное нападение с кучей разменов, что вполне применимо в хоккее.

— Так и есть. А Бакшаев именно в плане хоккейных навыков помог. Тренерскую же основу я всю получил уже в ХК МВД у Олега Алексеевича Зайцева. С ним было интересно. Очень многое мне дал, объяснил, рассказал. Все два года, что мы с ним проработали, — любой день могу вспомнить.


 «Работа в «Динамо» — пока ничего ярче в моей карьере не было»


— Кубок Канады — 1987 хорошо помните?

— Да, конечно.

— Согласны с тем, что на этом турнире был лучший хоккей в истории?

— Я и 1972-й помню (смеется).

— Ну скорости там пониже были.

— Естественно, пониже. Но очень умный был хоккей. Чем отличалась наша игра? Она всегда была умной и скоростной. Потому что мы росли во дворах. Нас не надо было заставлять на тренировку идти. Мы собирались сами и с утра до вечера занимались хоккеем. У нас сейчас все это упущено. Пока во дворах опять не появятся дети с клюшками и мячами, очень тяжело будет перестроиться.

— Какой момент в карьере могли бы назвать самым ярким?

— Тот самый подарок на Новый год от Андрея Николаевича. Можно вспоминать какие-то победы, плей-офф с «Сочи», например. Любая победа ведь приятна. Любая дает вдохновение. Еще лучше, когда ты через не могу ее вытаскиваешь. Вот недавно у Ярославля выиграли, уступая 1:3. Чем эта победа хуже того же «Сочи»? Работа в «Динамо» — пока ничего ярче в моей карьере не было.


Для справки

Сергей Орешкин является воспитанником электростальского хоккея. В сезонах 1979/1980—1981/1982, 1983/1984—1990/1991 выступал за местный «Кристалл». Два года в армии провел в составе СКА МВО из Калинина (1982/1983—1983/1984). Несколько лет играл в Венгрии за «Ференцварош» из Будапешта (1991/1992, 1992/1993).

С 2010 по 2015 год возглавлял молодежную команду бело-голубых — ХК МВД, которую в сезоне 2012—2013 привел к бронзовым медалям чемпионата МХЛ. С 2015 года — главный тренер балашихинского «Динамо». С 29 декабря 2015 года — главный тренер московского «Динамо».

Поделитесь с друзьями:
Facebook Вконтакте Твиттер Одноклассники LiveJournal МойМир Google Plus Эл. почта
Подписаться на новости раздела «Спорт»
Материалы по теме

17 октября 2016

Фоторепортаж с выездного матча ХК «Динамо» в Хельсинки За кулисами хоккейных баталий
Фоторепортаж с выездного матча ХК «Динамо» в Хельсинки

31 августа 2016

Или кто в семье нападающего «Динамо» Анселя Галимова отвечает за имидж Выходной хоккеиста
Или кто в семье нападающего «Динамо» Анселя Галимова отвечает за имидж

12 мая 2016

Одежда и оружие настоящих мужчин, играющих в хоккей 10 элементов хоккейной экипировки
Одежда и оружие настоящих мужчин, играющих в хоккей
Новости