От рассвета до заката

12 ноября 2013

«Мы хотим показать настоящую Гончарову, а не ту дикую мазню, которую ей иногда приписывают»

Наталия Гончарова могла творить в любой, самой экзотической манере. Фрагмент картины «Купальщица с собакой» в стиле сюрреализма. И вы еще не видели собаку! © Государственная Третьяковская галерея

Наталия Гончарова могла творить в любой, самой экзотической манере. Фрагмент картины «Купальщица с собакой» в стиле сюрреализма. И вы еще не видели собаку! © Государственная Третьяковская галерея

Крупнейшая за сто лет выставка Наталии Гончаровой открылась в Государственной Третьяковской галерее на Крымском Валу при поддержке ВТБ. Правнучатая племянница Натальи Гончаровой, музы Александра Пушкина, не ограничилась ролью вдохновительницы при муже, художнике-авангардисте Михаиле Ларионове. В качестве творца она сегодня превзошла славой супруга, став рекордсменом мировых аукционов, самой дорогой художницей мира. На выставке «Наталия Гончарова. Между Востоком и Западом» представлено около 400 ее работ, среди которых знаменитый цикл «Жатва», впервые собранный в одном зале в России, театральная графика, ткани и даже уникальное платье. Корреспондент VTBRussia.ru встретился с одним из кураторов экспозиции Ириной Вакар и поразмышлял с ней о том, зачем Гончарова «коверкала натуру», почему 100 лет назад художники вдруг отказались от «правды видения» и даже о том, как амазонка авангарда относилась к семейной жизни.

Пора «Жатвы»

Ирина Вакар, один из кураторов выставки Наталии Гончаровой, считает эту экспозицию наиболее полной за всю историю. © Государственная Третьяковская галерея– Ирина Анатольевна, подтвердите: выставка Наталии Гончаровой – действительно крупнейшая с 1913 года?

– Она наиболее полная. Сто лет назад Гончарова выставила более семисот произведений, но, естественно, это было раннее творчество. С тех пор в России состоялись только две большие персональные выставки: «Гончарова. Годы в России» в Русском музее в 2002 году, и выставка Ларионова и Гончаровой в Третьяковской галерее в 1999 году, где мы представили работы из собрания Томилиной, второй жены Ларионова. Теперь мы показываем около четырехсот произведений, и наша цель – наиболее полно представить весь творческий путь художника. В нашем собрании четыреста одиннадцать живописных работ и несколько тысяч графических.

– Сколько всего картин вошло в экспозицию?

«Автопортрет в старинном костюме» (1907-1908 гг.) написан во вполне реалистической манере, хотя не без эстетства. © Государственная Третьяковская галерея– Более ста пятидесяти, хотя в каталоге значительно больше. Все, что хотелось, уместить не удалось, пришлось пожертвовать известными работами. Гончарова уехала из России в 1915 году, а умерла в 1962-м. Расцвет ее пришелся именно на годы жизни в России. Но она оставалась современным художником и постоянно искала – где-то были срывы и упадок, а где-то интересные опыты и достижения.

– Картины из цикла «Жатва» разошлись по разным музеям. Кому-то удавалось собрать его полностью?

– За рубежом цикл показывали в 1990-х годах, в России – еще ни разу с 1913 года. Из девяти картин известно местонахождение семи – три хранятся у нас, две в Центре Помпиду, одна в Костроме и еще одна в Омске. Две работы пропали. Мы знаем их названия: «Город, заливаемый водой» и «Царь», к последнему существует рисунок. Второй важный цикл французского периода – «Испанки». Интересный по стилистике, немножко уходящий в ар-деко, слегка кубизированный.

– Можно сказать, что Наталия Гончарова – художник, который много экспериментировал и постоянно менялся?

«Ангелы, мечущие камни на город» – одна из картин знаменитого цикла «Жатва», написанная в манере примитивизма. © Государственная Третьяковская галереяГончарову нельзя причислить к какому-то одному направлению. Ларионов учил ее: на чем-то одном останавливаются обычные живописцы. Настоящий художник должен всегда меняться, а не торговать однажды найденной манерой. Гончарова начинала как импрессионист, потом вместе с Ларионовым создала русский неопримитивизм, была лучисткой, называла себя «первой кубисткой», в конце жизни увлеклась беспредметностью и создала «космическую серию».

– Помимо живописи Наталия Гончарова занималась и декоративно-прикладным искусством, работала как театральный художник.

– Наверху у нас целый раздел, где мы показываем театр и моду. Эскизы модной одежды в таком объеме, наверное, еще не видел никто. Тем более что это работы не только русского, но и парижского периода. Это ткани по рисункам художницы и очень красивое платье. Что касается театра, то Гончарова была признанным театральным художником, она обладала невероятным декоративным даром и изобретательностью в комбинировании материалов, форм и цветов.

От ненависти до любви

– А как Гончарова попала в наши провинциальные музеи? Ведь много десятилетий авангард был практически под запретом.

В «Тульской крестьянке» (1910 г.) реализм граничит с лубком: кричащие краски и странная выморочность эмоций. © Государственная Третьяковская галерея– После революции был создан отдел ИЗО Наркомпроса, в него среди прочих авангардистов вошли Штеренберг, Татлин, Родченко, Малевич и Розанова. Они создали Музей художественной культуры в Питере и Музей живописной культуры в Москве, который позднее был слит с Третьяковской галереей. Отдел покупал работы и рассылал по провинции. Там они хранились в запасниках, иногда в ужасных условиях. Скажем, из Витебска Вера Ермолаева, ректор Витебского художественно-практического института, передвигавшаяся на костылях, перевезла в Петроград картины, которые фактически оказались бесхозными. Много лет при советской власти они лежали мертвым грузом, иногда предлагалось все это вообще уничтожить. А потом стали показывать и даже возить по миру.

– В Третьяковке к Гончаровой также менялось отношение?

– Я работаю в Третьяковской галерее больше сорока лет. Вначале в нашей экспозиции Гончаровой не было. Потом появилась пара картин. Авангардистов вообще начали показывать только в семидесятые. В старой галерее после передвижников было немного Серебряного века и затем начиналось советское искусство. Потом повесили «Купание красного коня» – это было невероятно! Затем к Кончаловскому, который проходил как советский художник, подвесили «Портрет Якулова», немного раннего Машкова и пару холстов Гончаровой – кажется, раннюю «Рябину». А в 1985 году мне поручили читать в постоянном цикле лекцию о Ларионове и Гончаровой, и я помню, какой был интерес у публики к этим художникам. Так постепенно авангард отвоевывал себе место. Наступление на косность велось в двух направлениях – на начальство и на обычных посетителей. Ведь чтобы к этому языку привыкнуть, нужна подготовка.

– Кстати, насчет языка – эти картины можно смотреть как Серова или Саврасова или их нужно научиться «читать»?

– Разве это представляет сложность?

– А вот это вопрос – представляет ли сложность?

«Две испанки в саду» начала 30-х годов – это возвращение к женственности и эстетизму. © Государственная Третьяковская галерея– Такой подход был у критиков начала двадцатого века. Они рассуждали примерно так: поначалу Гончарова писала красиво, в духе импрессионизма, а потом наступил период «уродства», она стала коверкать натуру. Отчасти в этом есть смысл: примитивизм и параллельные ему фовизм и экспрессионизм противопоставляли себя эстетству стиля модерн. В модерне с его культом «вечной женственности» много нежного, утонченного, а это в больших дозах утомляет. Гончаровой нравился энергичный, народный язык, простые, даже грубые объекты, – скажем, она пишет тульскую крестьянку, одеревеневшую бабу, но наряжает ее в прекрасную вышитую блузу.

– Но разве модернисты не брали народные мотивы?

– Они их очень эстетизировали. Сравните Уильяма Мориса и какую-нибудь вятскую игрушку.

– А как же национально-романтическое течение, «русский стиль», Абрамцево?

– Все это связано, Талашкино и Абрамцево – непосредственные предтечи авангарда. И все же это другая эпоха. Хотя и Гончарова позднее возвращается к этой эстетизации, если не к модерну, то к ар-деко.

– Но ведь кубизм и ар-деко очень связаны.

– Гончарова по-разному работала в кубизме в разные периоды. В 1910-е годы кубизация форм у нее доходит до крайности. Рядом с ее «Крестьянами, собирающими виноград» «Дама с веером» Пикассо покажется красоткой! Они как будто из глыб высечены, как будто окаменели. Жуткие они! Гончарова в это время все доводит до предела. А картины из испанской серии, хотя и с элементами кубизма, кажутся более рафинированными.

Прекрасное далеко

– Удивительно, что значительная часть будущих авангардистов училась у прекрасного Коровина.

– Гончарова не училась у Коровина. Чтобы попасть к Коровину и Серову, нужно было пройти несколько этапов. Она поступила на скульптурное отделение и училась там недолго. Ее учителями были Волнухин и Трубецкой.

– Но и Трубецкой – нежнейший!

– Нежнейший! Но Гончарова училась там азам. А живописью ей рекомендовал заняться Ларионов, который как раз с Коровиным общался и, видимо, брал ее с собой. И что интересно: недавно мы пересматривали томилинское собрание и обнаружили в нем маленький коровинский этюдик. Причем почти беспредметный. Видно, что ему это было интересно. Думаю, или Коровин подарил его Ларионову, или Ларионов сам утащил.

– Но что произошло в начале века, когда все вдруг отказались от сформировавшегося веками эстетического подхода к живописи?

– Просто пришло новое поколение!

– Новое поколение приходит регулярно.

«Осенний вечер» 20-х годов создан под влиянием кубизма. Обратите внимание на замечательную собаку! © Государственная Третьяковская галерея– Я думаю, что прав Лев Гумилев – есть особые, пассионарные поколения. Они несут с собой новый настрой, новые вкусы, что-то кардинально меняют. Это и сейчас видно – когда маленькие дети не играют в куклы, а кидаются к техническим игрушкам. Авангардное поколение отличалось от предыдущих. Например, возьмем Кончаловского. Он с детства общался с Врубелем, Серовым, Коровиным, писал так, как все тогда писали – в приглушенной гамме, длинными мазками. Но чувствовал, что ему хочется не этого, а чего именно – не знал. Позже он говорил, что чувствовал потребность «пойти в атаку против старой живописи». То же чувствовали и Машков, и французские фовисты. А Пикассо – кстати, ровесник Гончаровой – писал о себе и Браке: «…в наши намерения не входило изобретать кубизм. Мы лишь хотели выразить то, что было в нас самих». У них у всех открылись какие-то шлюзы. Потому что они поняли, что можно писать так, как пишут Гоген, Ван Гог, Сезанн. Совершенно не передавая правду видения. Это поколение было заряжено бунтарской силой. Только одни бунтовали в политике, другие в искусстве. Малевич, который в какой-то момент увлекся идеей политической революции, в 1905 году говорил, что будет бороться с обществом или «кистью», или «револьвером».

– И прошло это так же, как революция, – вспышкой.

– Это очень интересный вопрос: почему авангардисты, которые начинали так ярко, со временем как-то погасли? Причем и здесь, где на них давили, и во Франции, где никто не давил. Посмотрите на потрясающую Гончарову начала века и как редки стали у нее взлеты в тридцатые, сороковые, пятидесятые... В конце жизни многие художники стали повторять свои ранние композиции. Отчасти здесь мог быть коммерческий подход, но, главное, им казалось, что именно тогда был расцвет и нечто настоящее.

И женщина, и художник

– Двум ярким индивидуальностям тесно вместе. Как столько лет уживались два больших мастера, Гончарова и Ларионов?

– Они отлично понимали друг друга и как художники, и как люди. Иногда Гончарова даже просила Ларионова «подмазать» работу, это для экспертизы сегодня – просто гибельное дело! А вот обеспечивать быт Гончарова категорически не могла и позже уступила место Александре Томилиной. Иногда они отдыхали вместе, и Гончарова с юмором описывала преимущества «турецкой системы»: «Если в доме несколько женщин, то старшая может ничего не делать». На самом деле она, конечно, в это время занималась творчеством, и Ларионов это очень ценил.

– Есть ли в экспозиции какие-то сделанные вами открытия?

«Пустота» (1913 г.). Многие считают, что именно этот предмет составляет суть так называемого беспредметного искусства, однако талант художников позволяет даже его наполнить содержанием. © Государственная Третьяковская галерея– Иногда они происходят случайно. Например, панно с изображением испанок и магнолии украшало столовую в особняке дирижера Сергея Кусевицкого. Наталия Гончарова занималась украшением его виллы, выполнила панно, эскизы мебели. Позже эти работы были проданы, и мы не знали, где они находятся. И вдруг, когда каталог выставки был почти готов, один коллекционер сообщил нам, что в Москве есть прекрасное панно. Выяснилось, что это именно оно. Ввели его в каталог буквально в последний момент. А вот открытие другого рода. Картину «Подсолнухи» датировали началом двадцатого века. Но сомнения вызывал холст, идентичный работам «космической серии» пятидесятых годов. После проведения радиоизотопной экспертизы оказалось, что это действительно конец пятидесятых годов. Холст нас не подвел. Значит, у Гончаровой, уже очень немолодой, уставшей женщины, был такой взрыв энергии и таланта, она сделала так, что специалист посмотрел и решил: «Да... это раннее!»

– Было ли продолжение истории с вызывающими сомнения каталогами Гончаровой?

– Сотрудник амстердамского Стеделик-музея, который привез на выставку картину «Море», сказал, что решение предоставить на выставку эту работу – «политический жест для нас». Ведь политика борьбы с фальшивками – одна из целей, которую преследует выставка. Мы хотим показать настоящую Гончарову, а не ту дикую мазню, которую ей иногда приписывают. Причем порой даже выставляют в музеях. 


Для справки

Наталья Гончарова (4 июня 1881 года – 17 октября 1961 года) – русская и французская художница-авангардистка. Тезка и правнучатая племянница жены Александра Пушкина, «амазонка русского авангарда» выросла в родовом имении Гончаровых «Полотняный завод». Именно там она впитала в себя атмосферу сельской жизни. Тема русской природы, крестьянского труда – главная в ее раннем творчестве. Гончарова поступила в Московское училище живописи, ваяния и зодчества, где начала заниматься скульптурой. Но скоро по совету своего будущего мужа Михаила Ларионова cконцентрировалась на живописи. В 1915 году по приглашению Сергея Дягилева Гончарова и Ларионов отправляются в Европу, где художница продолжает занятия как живописью, так и декоративно-прикладным искусством. В Россию Гончарова и Ларионов больше не вернулись. Перепробовав множество стилей от кубизма до реализма, Гончарова так и не стала художником одного направления, но оставила след в истории искусства как выдающийся мастер авангарда. 2 февраля 2010 года на торгах аукциона Christie’s в Лондоне картина Гончаровой «Испанка» (1916 год) была продана за 6 млн 425 тысяч 250 фунтов стерлингов, или 10 млн 216 тысяч 148 долларов США, что стало новым историческим рекордом стоимости работ художников-женщин. В 2011 году в Москве была проведена пресс-конференция, участники которой, эксперты Ирина Вакар и Андрей Сарабьянов и коллекционер Петр Авен, заявили о примерно 300-х подделках Натальи Гончаровой, опубликованных в монографии Эндрю Партона «Гончарова: искусство и дизайн Наталии Гончаровой» и первом томе каталога-резоне Дениз Базету «Наталия Гончарова: ее творчество между традицией и современностью».


Медиагалерея (7 фото, 1 видео, 1 виртуальный тур)

  • vtbrussia.ru_01_Vakar.JPG

    Наталия Гончарова могла творить в любой, самой экзотической манере. Фрагмент картины «Купальщица с собакой» в стиле сюрреализма. И вы еще не видели собаку! © Государственная Третьяковская галерея

  • vtbrussia.ru_03_Vakar.JPG

    «Автопортрет в старинном костюме» (1907-1908 гг.) написан во вполне реалистической манере, хотя не без эстетства. © Государственная Третьяковская галерея

  • vtbrussia.ru_04_Vakar.JPG

    «Ангелы, мечущие камни на город» – одна из картин знаменитого цикла «Жатва», написанная в манере примитивизма. © Государственная Третьяковская галерея

  • vtbrussia.ru_05_Vakar.JPG

    В «Тульской крестьянке» (1910 г.) реализм граничит с лубком: кричащие краски и странная выморочность эмоций. © Государственная Третьяковская галерея

  • vtbrussia.ru_06_Vakar.JPG

    «Две испанки в саду» начала 30-х годов – это возвращение к женственности и эстетизму. © Государственная Третьяковская галерея

  • vtbrussia.ru_07_Vakar.JPG

    «Осенний вечер» 20-х годов создан под влиянием кубизма. Обратите внимание на замечательную собаку! © Государственная Третьяковская галерея

  • vtbrussia.ru_08_Vakar.JPG

    «Пустота» (1913 г.). Многие считают, что именно этот предмет составляет суть так называемого беспредметного искусства, однако талант художников позволяет даже его наполнить содержанием. © Государственная Третьяковская галерея

  • Ирина Вакар, один из кураторов выставки Наталии Гончаровой, считает эту экспозицию наиболее полной за всю историю. © Государственная Третьяковская галерея

  • Виртуальная экскурсия по выставке Наталии Гончаровой в Третьяковской галерее

Поделитесь с друзьями:
Facebook Вконтакте Твиттер Одноклассники LiveJournal МойМир Google Plus Эл. почта
Подписаться на новости раздела «Культура»
Материалы по теме

24 октября 2013

Футболисты московского «Динамо» Кокорин и Смолов нарисовали картину в Третьяковской галере Яркий футбол
Футболисты московского «Динамо» Кокорин и Смолов нарисовали картину в Третьяковской галере

16 октября 2013

Ирина Лебедева, директор Государственной Третьяковской галереи: «Мы со скандалистами не объясняемся, мы организуем серьезные выставки» Третьяковка в авангарде
Ирина Лебедева, директор Государственной Третьяковской галереи: «Мы со скандалистами не объясняемся, мы организуем серьезные выставки»
Все новости