Утюг и рыба для Коровина

11 апреля 2012

Андрей Голубейко, заведующий отделом научной реставрации масляной и станковой живописи XVIII – начала XX веков Государственной Третьяковской галереи, о подготовке работ к юбилейной выставке Константина Коровина.

Реставрация одновременно зрелищна и незаметна. Неспециалист просто неспособен представить, сколько знаний и усилий требуется специалистам, чтобы зрители смогли взглянуть на работу художника.

– Андрей, а с чего начинается ваша часть работы?

– Все начинается с концепции построения выставки и определения, какие работы будут представлены. Некоторые картины долгое время хранились на валах, не были доступны для публики, но представляют интерес (а я думаю, интерес представляет все, что не было известно и показано). Так вот, если выясняется, что эти работы в неэкспозиционном состоянии, возникает потребность привести их в порядок. Это важно не только для конкретной выставки, но и в профилактических целях для дальнейшей сохранности произведения. Если произведение имеет какие-то пусть даже незначительные проблемы по состоянию сохранности, то со временем эти проблемы только усугубляются.  Фриз «Северный монастырь», созданный в стилистике модерна. На одном валу может храниться до 5-6 произведений и чтобы осмотреть одно отобранное для выставки, приходится раскатывать остальные. При этом все они нуждаются в реставрации в той или иной степени. Реставрация – это сложная, кропотливая работа. Сроки бывают очень сжатыми. Но благодаря накопленному опыту и технической оснащенности мы работаем качественно и быстро.

– Есть ли с точки зрения реставрации у картин Константина Коровина своя особая специфика?

– У Коровина очень фактурная живопись, а для традиционной техники дублировки это проблематично. При дублировании идет работа утюгами с лицевой стороны холста. Даже если прокладывать под поверхность утюга мягкий материал, проглаживать через что-то, все равно очень сложно, – проблема с фактурой не решается. Кроме того, нам пришлось переделывать неудачно выполненную старую реставрацию, при которой во время дублировки на рыбий клей произошла усадка авторского холста, что вызвало многочисленные сседания красочного слоя. Картину пришлось раздублировать, удалить остатки осетрового клея и с помощью разработанной методики уложить сседания красочного слоя.

– А что такое дублировка?

Андрей Голубейко, заведующий отделом научной реставрации масляной и станковой живописи XVIII – начала XX веков Государственной Третьяковской галереи.

– Так мы называем фиксацию достигнутого результата. То есть «дублировка» означает: привести вещь в порядок и закрепить дублированием на новый хороший плотный холст, на специальный материал, который позволяет при повторном нагреве все раздублировать.

– То есть вы берете новый холст, наносите на него специальный материал и крепите?

– Да, иначе те заломы, которые удалось устранить, со временем могут восстановиться. Для того, чтобы этого не произошло, мы и производим дублирование. В отличие от традиционной дублировки мы не используем водных клеев, которыми пропитывают авторский холст с оборота, отчего тот становится более жестким и хрупким, а в некоторых случаях дает усадку, что приводит к печальным результатам.

– Какие работы вы реставрировали к этой выставке?

– Большемерные панно, которые Савва Мамонтов размещал на Ярославском вокзале. Они практически никогда не показывались и хранились на валу.

– Какие у них были деформации?

Подрамник смоделирован и изготовлен специально для работы Коровина «Северный монастырь». Данная конструкция позволяет выполнять равномерное плавное растяжение холста.– Там были разрывы, деформации холста, утраты грунта и красочного слоя, пожелтение лака и очень сильные поверхностные загрязнения. У всех работ была разная степень сохранности.

– Помимо панно, вы приводили в порядок совершенно роскошный фриз «Северный монастырь», созданный в стилистике модерна. Что было с сохранностью этой работы?

– В первую очередь заломы, замятости, вытянутости холста. Ранее произведение экспонировалось подвешенное за металлические кольца, подшитые по верхнему краю.

– Специально для этой картины вы сами разработали специальный подрамник. В чем его особенность?

– Это раздвижной планшетный подрамник, состоящий из нескольких частей. Его особенность – внешний периметр раздвигается не деревянными колками, а винтами. Этот подрамник смоделирован и изготовлен специально для работы Коровина «Северный монастырь». Данная конструкция позволяет выполнять равномерное плавное растяжение холста. Кроме того, верхний уровень планшетного подрамника соответствует уровню вала в верхней точке, что способствует избежать заломов при раскатке холста с вала на подрамник.

– А почему возникла такая потребность?

Фриз «Северный монастырь» хранился накатанным на вал.– Эта идея возникла в связи с большими произведениями, которые в последнее время приходилось реставрировать. Опыт оказался очень удачным. В дальнейшем можно будет использовать для большемерных произведений.

– Меняется ли ваш настрой в зависимости от того, каким художником занимаетесь?

– Акцент идет в большей степени на сложность реставрации. Все определяет сложность поставленной задачи, с чем придется иметь дело. Каждая работа отличается от другой. Повторов не бывает. Иногда думаешь, вот уже точно такое же делали и все должно быть замечательно. А не получается. Нужно выяснять почему. И удается это далеко не сразу.


Медиагалерея (1 виртуальный тур)

Поделитесь с друзьями:
Facebook Вконтакте Твиттер Одноклассники LiveJournal МойМир Google Plus Эл. почта
Подписаться на новости раздела «Культура»
Все новости