Из девятнадцатого века в двадцатый

28 декабря 2011

Ирина Лебедева, директор Государственной Третьяковской галереи: «До сих пор я хожу по выставке и сама себе не верю, что вопреки всему мы смогли ее сделать»

Директор Государственной Третьяковской галереи Ирина Лебедева. Фото: Александр Панов.
Персональная выставка Николая Ге «Что есть истина? Николай Ге. К 180-летию художника» открылась в Государственной Третьяковской галерее. Корреспондент пресс-службы банка ВТБ расспросил Ирину Лебедеву о состоявшемся событии.

Ирина Лебедева


Легкие картины крепятся только к стене, а монументальные полотна дополнительно ставятся на специальные опоры. Фото: Александр Панов.– Говорят, что вы с некоторым сомнением относились к идее большой выставки Николая Ге?

– Почему с сомнением?! У меня были некоторые опасения, связанные с тем, что если мы не выполним все задуманное по максимуму, то выставка потеряет важные смысловые акценты и не прозвучит так, как хотелось бы. Эту выставку нужно было делать очень хорошо. Тогда есть надежда, что мы действительно откроем художника для себя, для зрителей, для специалистов. Если бы мы не купили при поддержке банка ВТБ замечательную коллекцию рисунков мастера, долгие годы находившуюся в Швейцарии, то значительная часть успеха была бы просто невозможна. Если бы мы не смогли привезти «Распятие» из музея Орсе, которое стало своеобразной экспозиционной кульминацией одного из раздела выставки, выставка бы многое потеряла. Если бы мы не смогли привезти работы из Киева и Белоруссии, тоже было бы много потеряно. Мы заранее понимали, что все это будет очень непросто и в связи с нашим законодательством, и с организационными сложностями. Мы себе поставили высокую планку и за нее боролись. Но до конца в успехе уверены не были, потому что есть некоторые обстоятельства, которые сильнее нас. И несмотря ни на что нам все удалось.

– Но опасения оказались оправданными? Это оказалось так сложно, как вы думали?Дизайну экспозиции уделяется особое внимание. Именно от организации пространства во многом зависит общее восприятие выставки. Фото: Александр Панов.

– Да, это оказалось даже еще сложнее. Из-за законодательства были проблемы с приобретением рисунков. Мы же очень долго этим занимались. Все договоренности были достигнуты, наши сотрудники туда съездили, посмотрели коллекцию, подтвердили, что да – это то, что мы хотим иметь у себя. Тогда же начали искать деньги и обратились к партнерам. А потом туда нужно было перевести деньги, а сюда – картины. К этому подключились наши юристы, экономисты, пришлось консультироваться в вышестоящих инстанциях. Разница в законодательстве ведет к непониманию швейцарской стороной каких-то российских нюансов. Мы боялись, что все затянется, и нам не удастся вовремя привезти рисунки, мы не успеем их отреставрировать к выставке. До сих пор я хожу по выставке и сама себе не верю, что вопреки всему мы смогли ее сделать.

– На пресс-конференции вы несколько раз говорили об открытиях, которые сделали для себя.

Впервые после проведения сложнейшей реставрации на выставке представлено масштабное полотно «Вестники воскресения». Фото: Александр Панов.– Любая выставка – это открытие. Но я имела в виду открытие в более широком смысле. Те, кто интересуются отечественным искусством, традиционно знают Николая Ге как классика русской живописи XIX века. Но – и рисунки нам это особенно показали – он предвосхитил какие-то открытия художников последующих поколений. Сегодня мы, зная пути развития искусства в двадцатом веке, смотрим на многое другими глазами. Ге начал раньше, чем можно было предположить, и теперь перестал для нас быть «классическим художником XIX века». Новый художественный язык в его творчестве – главное открытие этой выставки, этого живописца. Нас поразила его внутренняя страстность поиска. В традиционный сюжет он добавляет свое видение, которое очень мучительно искал: вот откуда такая экспрессия. Поэтому рисунки – очень важная составляющая экспозиции. Конечно, мы не случайно взяли титульной работой картину, которая называется «Что есть истина?». Мы вкладываем в нее больший смысл. Ведь поиск истины для человека продолжается каждый день в течение всей его жизни. И это вопрос философски очень важный. Что есть истина? Как мы смотрим на поиск ее сейчас? Иногда мне кажется, что видение некоторых вещей у Николая Ге перекликается с литературой Михаила Булгакова. Ты вдруг находишь в нем то, что несколько десятилетий назад поколениям исследователей Ге в голову не приходило.

– Это ваш художник?В экспозицию вошло около 230 работ из российских и зарубежных собраний. В том числе знаменитое «Распятие» из Музея Орсе. Фото: Александр Панов.

– Не уверена, что лично мой. Я занималась 20 веком. Но знание искусства этого периода дает иную точку зрения и другой взгляд на искусство предыдущих эпох. Этот опыт очень важен в осмыслении всей истории отечественного искусства. Когда ты обогащен им, вдруг видишь и находишь то, что людям, занимающимся сугубо XIX веком, может быть не заметно. Например, «Страстной цикл». Когда отдельные работы висят в экспозиции, ты воспринимаешь их как отдельные работы художника. А когда это все собрано в едином экспозиционном пространстве выставки, возникает совершенно другая энергетика, и ты чувствуешь его эмоцию, мучительность его размышлений. И тогда ты вдруг начинаешь действительно для себя художника открывать.

– Третьяковская галерея тратит огромные силы и средства на подготовку подобных выставок. Чего вы хотите добиться – просто показать публике красивые картины или что-то еще?

Под живописным слоем картины «Что есть истина?» была найдена другая работа – «Милосердие». Фото: Александр Панов.– Я должна Вам сказать, что даже привычные вещи становятся неожиданными при другой точке зрения. Задача музея – давать новый взгляд, уходить от сложившихся клише. Самый классический пример - выставка Левитана. Все помнят «Золотую осень», воспроизведенную на обложке школьного учебника. Конечно, блестящая работа, титульная, самая известная. Но сколько открытий ждало зрителя! Казалось бы, такой простой и в то же время сложный жанр, как пейзаж. Однако какой была реакция, какой интерес к этой выставке! Наверное, потому что сейчас для общества актуален поиск национального чувства, поиск душевного равновесия и гармонии. Мы рассчитываем, что выставка Ге тоже отвечает каким-то потребностям отдельных людей и общества в целом, но потребностям другого рода. Если там это было эмоциональное чувство, эмоциональное удовольствие, покой, которого все хотят, то на выставке Николая Ге помимо эмоционального общения с произведениями, неизбежно возникают другие вопросы: может быть, мы живем не так, что-то делаем не так. В чем и где истина?
Поделитесь с друзьями:
Facebook Вконтакте Твиттер Одноклассники LiveJournal МойМир Google Plus Эл. почта
Подписаться на новости раздела «Культура»
Все новости