Однажды, десять лет спустя…

20 марта 2014

Московская история создателя «Дамы с камелиями» хореографа Джона Ноймайера

Маэстро Ноймайер на репетиции. © Сергей Михеев

Маэстро Ноймайер на репетиции. © Сергей Михеев

Джон Ноймайер ставит «Даму с камелиями» на исторической сцене Большого театра при поддержке банка ВТБ – это одно из самых громких ожидаемых балетных событий года. Но у маэстро Ноймайера и Большого своя история отношений.

Московское открытие хореографа

Светская, гораздо более привычная публике, маска Джона Ноймайера. © РИА Новости, Илья ПиталевРовно десять лет назад Джон Ноймайер, всемирно признанный хореограф, арт-директор Гамбургского балета, сделавший эту труппу одним из главных центров европейского балета, был впервые приглашен на постановку в Большой театр. Для московского дебюта он выбрал «Сон в летнюю ночь» на музыку Мендельсона и Лигетти –балетную комедию с целой россыпью ярких ролей, сочтя ее наиболее подходящей для многолюдной труппы с давними актерскими традициями. Но приглашал Ноймайера в Большой худрук Борис Акимов, а ставить он начал уже при другом худруке, Алексее Ратманском. Смена руководителей в любом театре не способствует укреплению дисциплины, к тому же интеллигента Ратманского сразу сочли начальником мягкотелым. Верхушка труппы тут же озаботилась утверждением собственной значимости, низы скосил повальный грипп, к тому же в разгар репетиций труппа отправилась на плановые гастроли. Словом, Большому было не до «Сна».

Да и захворавший Ноймайер провел в театре меньше времени, чем собирался. Он, конечно, сохранял самообладание и на вопрос: «Что для вас значит Большой?» – отвечал обстоятельно, пафосно и лестно для россиян («Балет в XIX веке развивался именно через Мариинский и через Большой театр. Поэтому для меня огромная честь и привилегия быть частью этого исторического движения, в котором, возможно, мне доведется продвинуться немного вперед вместе с Большим театром».), однако делу это не помогло. «Сон в летнюю ночь» артисты репетировали без должного пиетета, показали без воодушевления. И хотя балет был замечен и отмечен («Золотой маской» и зрителями), итоги сотрудничества не обрадовали ни одну из сторон.

Для Светланы Захаровой Ноймайер приготовил особого партнера – премьера Гамбургского балета, высокого белокурого красавца Эдвина Ревазова

Комментируя постановку «Сна» в интервью «Коммерсанту», корректный Ноймайер нашел в ней светлые стороны: «Большое удовлетворение принесла Светлана Захарова. Я ее знал еще по работе в Петербурге, и мне было интересно, как этот очень красивый инструмент, который я видел в классических ролях и восхищался им, сможет исполнить другого рода движения. Я надеялся, что в ней есть что-то большее, большая эмоциональная глубина. И очень рад, что в двойной роли Ипполиты-Титании она смогла создать сильный характер».

Новейшая история

В одном из интервью маэстро Ноймайер называл Светлану Захарову «очень красивым инструментом». © Сергей МихеевС тех пор переменилось все: власть в Большом, отношение российских артистов к Ноймайеру, степень влияния хореографа на российский балетный театр. После сумбурного «Сна» хореограф перенес в Москву еще два своих спектакля – «Чайку» и «Русалочку». Однако не в Большой, а в музыкальный Театр Станиславского, подготовивший их самым тщательнейшим образом. После этих громких премьер, ставших хитами сезонов, Джон Ноймайер сделался кумиром отечественных балетоманов и живым богом для артистов. В прошлом сезоне произошел кадровый кульбит: гендиректор «Стасика» Владимир Урин, приглашавший Ноймайера в свой музтеатр, стал гендиректором Большого, в планах которого как раз значилась «Дама с камелиями». На этом спектакле остановил свой выбор худрук театра Сергей Филин – бывший премьер не мог не оценить роскошь главных партий этого балета. Новое поколение артистов главной государственной труппы возбужденно затрепетало и покорно выстроилось в очередь на роли – в «Даме с камелиями» даже в полутанцевальных эпизодах заняты ведущие танцовщики ГАБТа.

«Новое поколение артистов главной государственной труппы возбужденно затрепетало и покорно выстроилось в очередь на роли»

Хотя, по совести говоря, стоящих партий в этом многолюдном трехактном балете всего четыре. Главных героев, Маргариту и Армана, оттеняет вторая пара знаменитых любовников – Манон Леско и де Грие: в печальной судьбе куртизанки XVIII века, испытавшей взлеты и падения, сбежавшей с новоорлеанской каторги и окончившей свои дни в объятиях любовника, куртизанка XIX столетия видит отражение собственной. Любовников разных веков Ноймайер свел в парижском Варьете, использовав прием «театра в театре»: Маргарита с Арманом знакомятся на представлении балета о Манон и де Грие. И в последние минуты жизни чахоточной Маргарите будут мерещиться они – изможденные, умирающие, но не изменившие своей любви.

Маргарита и Арман

Премьер Гамбургского балета Эдвин Ревазов в костюме Армана. © Сергей МихеевЧто же касается главной пары, то у Маргариты и Армана – три огромных, контрастных по настроению, изощренных по психологической детализации дуэта: завоевательное первое свидание, счастливое забвение на лоне природы и сумрачная, одержимая, захлебывающаяся последняя ночь. Вокруг этих хореографических и смысловых центров, ставших кульминациями каждого акта, концентрируются многолюдные сцены – в театре, в загородном поместье, на полусветском балу-маскараде, на Елисейских Полях. И все это – флешбэки, вспышки воспоминаний героя: балет начинается с распродажи имущества покойной Маргариты, в ее опустевшей квартире безутешный любовник вспоминает самые яркие моменты своего романа с самой желанной куртизанкой Парижа.

Эту сложную конструкцию, отражающую нелинейную структуру романа Дюма-сына, Ноймайер придумал в стрессово-короткий срок. Дело в том, что он собирался ставить совсем другой балет. Ставить в Штутгартском балете – том самом, где в 1963 году началась его карьера профессионального танцовщика. Парнишка из Милуоки с дипломом филолога-литературоведа и неудержимой страстью к балету приехал в Германию за образованием и поступил в труппу Джона Крэнко, талантливого балетмейстера и харизматичного лидера. В Штутгарте молодой американец снискал известность не только как танцовщик, но и как хореограф: не прошло и шести лет, как его позвали возглавить Балет Франкфурта. А вскоре – скоропостижно и неожиданно – скончался 46-летний Крэнко, оставив осиротевшую труппу во главе с примой, бразилианкой Марсией Хайде. Ноймайер приехал на похороны.

«Эту сложную конструкцию, отражающую нелинейную структуру романа Дюма-сына, Ноймайер придумал в стрессово-короткий срок»

«На похоронах Джона Крэнко я почувствовал, что его подлинная вдова – это Марсия Хайде. Она вдохновляла его, была его музой, и именно он сделал ее великой артисткой. В тот день я пообещал Марсии, что, если когда-нибудь ей понадобится моя помощь, я тут же приеду. Через несколько лет она возглавила Штутгартский балет и попросила, чтобы я каждый год ставил для ее труппы новое произведение. Я решил, что моей первой постановкой станет «Антоний и Клеопатра». Мне казалось, что роль египетской царицы ей очень подойдет. Сложности начались с музыки. Пьеса-то – о конкретном историческом моменте. Какого же рода музыку использовать, не египетскую же? Я был в тупике, а время шло. И как-то вечером мы ужинали с Марсией, она только что станцевала какой-то спектакль, выглядела ужасно уставшей, даже больной. Я посмотрел на нее и сказал: «Ты – Маргарита Готье». И в этот момент пришла убежденность, что этот балет я сделаю. Сначала я хотел использовать музыку Верди, но вскоре от этой идеи отказался – для меня эта музыка звучала вторично. Времени уже почти не оставалось, я был в отчаянии, и тут в Гамбург приехал знакомый молодой пианист. Я к нему: «Скажи, какую музыку ты бы взял для «Дамы с камелиями»? Он ответил, не задумываясь: «Шопен или Берлиоз. Или и тот и другой». Конечно же, Шопен! Я упросил его остаться на несколько дней, вечером дал ему роман, и мы вместе сложили главные музыкальные куски этой истории».

В «Дамы»!

Вальс Армана-Эдвина Ревазова и Маргариты-Светланы Захаровой в синих тонах. Одна из самых сильных сцен балета. © Сергей Михеев«Дама с камелиями» впервые увидела свет в Штутгарте в 1978 году. Юрген Розе, постоянный художник Крэнко, сделал сценографию и костюмы, воспроизведя в деталях шик и роскошь французской Второй империи. В 1981-м Ноймайер, тогда уже арт-директор Гамбургского балета, переставил «Даму» для своей труппы, усложнив главные партии. Успех был сокрушительный, и вскоре балет стал путешествовать по миру, украшая афиши ведущих мировых театров. Беспроигрышный кассовый хит жаждет иметь в своем репертуаре каждый интендант, а партии Маргариты и Армана – мечта любой примы и премьера.

Когда же «Дама с камелиями» наконец добралась до Большого театра, Ноймайер лично провел кастинг. На главную роль в первом составе он утвердил свою давнюю знакомую, ту, что скрасила ему послевкусие «Сна в летнюю ночь», – Светлану Захарову. Для этого «очень красивого инструмента», в котором десять лет назад он обнаружил «большую эмоциональную глубину», Ноймайер приготовил особого партнера – премьера Гамбургского балета, высокого белокурого красавца Эдвина Ревазова. В отличие от давнего «Сна», еле набравшего солистов на полтора состава, «Дама с камелиями» укомплектована с большим запасом: второй спектакль станцуют Ольга Смирнова и Артем Овчаренко, еще один – Евгения Образцова и Владислав Лантратов, а за их спинами маячат совсем молодые парижские любовники, имена которых только предстоит выучить любителям большого балета.


Медиагалерея (4 фото)

  • vtbrussia.ru_02neu.jpg

    Светская, гораздо более привычная публике, маска Джона Ноймайера. © РИА Новости, Илья Питалев

  • vtbrussia.ru_03neu.JPG

    В одном из интервью маэстро Ноймайер называл Светлану Захарову «очень красивым инструментом». © Сергей Михеев

  • vtbrussia.ru_04neu.JPG

    Премьер Гамбургского балета Эдвин Ревазов в костюме Армана. © Сергей Михеев

  • vtbrussia.ru_05neu.JPG

    Вальс Армана-Эдвина Ревазова и Маргариты-Светланы Захаровой в синих тонах. Одна из самых сильных сцен балета. © Сергей Михеев

Поделитесь с друзьями:
Facebook Вконтакте Твиттер Одноклассники LiveJournal МойМир Google Plus Эл. почта
Подписаться на новости раздела «Культура»
Материалы по теме

19 марта 2014

Фоторепортаж с исторической сцены Большого театра, где  встает на ноги «Дама с камелиями» Драма для «Дамы»
Фоторепортаж с исторической сцены Большого театра, где  встает на ноги «Дама с камелиями»

13 марта 2014

Во что оденется «Дама с камелиями»? Фоторепортаж из мастерских Большого театра Костюмная дама
Во что оденется «Дама с камелиями»? Фоторепортаж из мастерских Большого театра

11 июля 2013

В России  впервые ставят классический балет по великому произведению Пушкина «Онегина» танцуют в Большом театре
В России  впервые ставят классический балет по великому произведению Пушкина
Все новости