Девочка с чудесами

27 июля 2011

Актриса театра «Мастерская Петра Фоменко» Вера Строкова: «Не хочется, чтобы спектакль превращался в детский утренник»

Фото: Лариса Герасимчук
Актриса Вера Строкова
Год назад, летом 2010 года в театре «Мастерская Петра Фоменко» состоялась премьера спектакля «Алиса в Зазеркалье». Любая постановка на сцене «Мастерской» – событие! Но здесь ситуация особенная – «Алиса» стала первым детским спектаклем в репертуаре театра. В итоге – полный успех. Три часа невероятного путешествия девочки Алисы проходят при аншлагах – на 70% спектаклей зал был переполнен. Исполнительница главной роли, Вера Строкова рассказала о работе над спектаклем корреспонденту сайта vtbrussia.ru.


– Летом исполняется год спектаклю «Алиса в Зазеркалье
». Изменился ли он за это время?
Да, поменялось очень много. В основном, по актерской игре. Когда мы его выпускали, многое было «сыро». Например, нужно было осваивать декорации, а мы не успевали. В течение года постепенно актерские работы стали соединяться, начала выстраиваться история. Мне кажется, «Алиса» в начале и «Алиса» сейчас – это очень разные спектакли.

Как происходили эти изменения: Вы наблюдали за детьми, привносили что-то в роль Алисы?
Ничего я не привносила. Просто постепенно более плотно работаешь над текстом, что-то сокращаешь. Это всегда происходит после премьеры. В основном, когда начинаешь проверять на зрителе. Все становится компактнее, «чище».

Говорят, в «Мастерской» особо скрупулезно относятся к тексту. Например, когда ставили «Три сестры», актеры пересмотрели все постановки в Москве. А тут Алиса – девочка для России не чужая. Был ли какой-то сформированный образ героини?
Образ был. Но мы все прочитали. Изучили критические статьи. Я даже читала какие-то математические труды на эту тему.

Математические?
Да, очень много статей про Алису связаны с математикой, так как Кэрролл был математиком. В общем, я честно пыталась вникать во все это. И еще мне помогала книжка про повадки англичан. Это был очень интересный путеводитель.

Спектакль идет три часа, это не слишком долго для детской постановки?
Мы хотели сохранить весь текст. Даже не удержались и добавили одну сцену из «Алисы в Стране чудес»! Боялись, конечно, что дети не выдержат такого длинного спектакля. Он идет первый год, и к концу сезона стало понятно, что зря волновались. Сейчас постепенно история начинает выстраиваться, и родители говорят, что дети хорошо переносят. Мы ничего не сокращали, не выбрасывали сцены принципиально. Казалось, если не справимся с полным текстом, это будет наше личное поражение.

– Вы где-то обмолвились, что специально дразните детей во время спектакля. Интересно, как и зачем?
– Я не дразню, но их восприятием можно управлять.

Ну да, когда говорю «дразнить», не имею в виду язык показывать или рожи корчить.
Я стараюсь их не провоцировать в ненужных местах на какую-то реакцию. А в других местах – обращаюсь к каждому, кого вижу. Кто-то смущается, кто-то начинает подбородок прятать в кофту. А если начинают отвечать что-то из зала, держу себя очень строго. Вас никто не спрашивает. Они очень просто и живо реагируют. Не хочется, чтобы спектакль превращался в детский утренник: с материалом это абсолютно не вяжется. Нет цели развлечь, создать какой-то интерактив, или занять детей, чтобы родители могли отдохнуть. Хочется, чтобы они посмотрели и какое-то время этим жили. Потом, может, вспомнили. Лет через десять.

Это ваш первый опыт с детским спектаклем? Перед детьми играть сложно?
– Это первый опыт. А играть также сложно, как и перед взрослыми. Взрослые, как и дети, если им не нравится, будут в айфоне ковыряться или что-то делать еще. А я стараюсь играть одинаково, как для тех, так и для других.

«Алиса» прославилась на всю Москву своими невероятными декорациями. Они помогают играть или мешают?
Они никак не влияют. Влияет сложность текста. Очень тяжело донести английский юмор. А декорации, на самом деле, простые, но сделаны очень красиво. Это вполне театральные вещи – папье-маше, дерево. Ну и проекция. Хорошо, что они яркие, они помогают детям воспринять сложный текст. Хотя, вначале было трудно со всей этой красотой взаимодействовать.

– Когда Вы работали над ролью, старались превратиться в девочку Алису или примеряли образ Кэрролла на саму себя?
То как приходилось репетировать этот спектакль, было очень похоже на путешествие Алисы в Зазеркалье. Она там одна, и я была одна, меняются сцены и персонажи, а я все сижу перед зрителями. Диалоги Кэрролла, я думаю, одинаково трудно воспринимать и взрослому, и ребенку. Так что и тут мы с Алисой были в равном положении. Думаю, в какой-то момент мы начали сочувствовать друг другу, пошли навстречу и соединились где-то посередине.

– После недавней премьеры фильма «Шапито-шоу», где Вы сыграли одну из главных ролей, невозможно не спросить про кино. Планируете ли продолжать сниматься? 
Это очень трудный вопрос. Я-то планирую, не знаю, планирует ли кинематограф. Но если вдруг на меня посыплются предложения, то придется выбирать. А это для меня очень трудно, я даже йогурт в магазине выбираю минут двадцать. Много сниматься я не смогу из-за работы в театре. Все, что со мной было до этого в кино – чистая судьба. Просто попадались очень хорошие люди, а потому был не так уж важен результат. И мне не стыдно ни за что, из того, что делала. А дальше не знаю, как будет. Конечно, хочу сниматься в хорошем кино.


Текст: Петр Сейбиль

Поделитесь с друзьями:
Facebook Вконтакте Твиттер Одноклассники LiveJournal МойМир Google Plus Эл. почта
Подписаться на новости раздела «Культура»
Все новости