Петербург пережил французские «Ночи»

4 декабря 2013

На фестивале искусств «Дягилев P.S.» наибольший ажиотаж вызвал новый спектакль знаменитого хореографа Анжелена Прельжокажа

Танцовщицы у Прельжокажа часто выглядят как обычные женщины. А его сказки похожи на репортажи из современной жизни. © Фестиваль «Дягилев P.S.»

Танцовщицы у Прельжокажа часто выглядят как обычные женщины. А его сказки похожи на репортажи из современной жизни. © Фестиваль «Дягилев P.S.»

Этот молодой, но весьма бойкий фестиваль, который поддерживает Банк ВТБ, с ходу нашел свою нишу среди многодневных фестивальных долгожителей Петербурга благодаря удачно придуманному названию и емкой концепции. Во-первых, само имя Дягилева звучит боевой трубой для прогрессивных деятелей всех искусств. Ведь гениальный импресарио в свое время взбаламутил своей неуемной деятельностью весь художественный мир: и композиторов, и художников, и философов, и сценаристов, и балет, и оперу, и моду – не было территории, на которую бы не вторгся его неугомонный дар преобразователя. Во-вторых, находчивое «Постскриптум», дополняющее имя Дягилева, позволяет включать в фестивальные программы любые проекты, кроме рутинных и консервативных. «Удиви меня!» – говаривал Сергей Павлович своему верному оруженосцу Жану Кокто, и эта реплика стала девизом организаторов «Дягилева P.S.». На Пятом фестивале было представлено немало любопытного – от выставки театральных нарядов «Стиль на сцене» до «Весны священной» Стравинского в непривычном переложении для четырех роялей, но лучше всех дягилевскую атмосферу художественной провокации поддержал Анжелен Прельжокаж со своими «Ночами».

В городе очень темные ночи

Критика не спустила Прельжокажу натурализм его «Ночей». © Фестиваль «Дягилев P.S.»Родившийся в Париже сын албанских эмигрантов за какие-то десять лет (с 1984-го, когда он дебютировал в качестве хореографа, по 1994-й, когда в Парижской опере он поставил свой «Парк») совершил феерический взлет от обожаемого рафинированными критиками темпераментного «дикаря» до повсеместно признанного лидера всего французского балета. В общем, Анжелен Прельжокаж – хореограф непредсказуемый. Вычислить, что он вытворит в своей следующей работе, нет никакой возможности: легкость мыслей, подкрепленная художественной смелостью и профессиональным опытом, у него необыкновенная.

В этом смогли убедиться и российские балетоманы: пожалуй, никто не удивлял Россию чаще, чем Прельжокаж и его труппа. Еще в прошлом веке он показал в Москве собственные версии дягилевских балетов: буйная «Свадебка» завершилась типично славянским разгулом, в «Призраке розы» в грезы девиц вторгался не эфемерид в розовых лепестках, а испанистые мачо, одарявшие их весьма ощутимыми плотскими радостями. Потом были «Ромео и Джульетта»: обитатель нищего гетто Ромео пробирался к Джульетте в элитный квартал сквозь колючую проволоку, прячась от патрулей с немецкими овчарками. Французское «Благовещение» вызвало целую демонстрацию ревнителей благочестия возле Малого театра: архангел Гавриил у Прельжокажа оказался женщиной, и его сугубо духовный дуэт с Марией все же выходил за рамки сурового аскетизма. «Белоснежка», которую привозил «Дягилев P.S.», запомнилась не только костюмами Готье и гномами, выплясывающими на отвесной стене, но и напряженно-сексуальным женским поединком: дуэтом с яблоком, которое яростная мачеха буквально вбивает в глотку Белоснежке.

«Анжелен Прельжокаж – хореограф непредсказуемый. Вычислить, что он вытворит, нет никакой возможности»

— Татьяна Кузнецова

Анжелену Прельжокажу мало быть просто хореографом, он хочет быть современным мыслителем, властителем дум. © Фестиваль «Дягилев P.S.»Словом, едва ли кто-то предполагал, что при постановке балета по мотивам «1001 ночи» Анжелен Прельжокаж будет придерживаться стиля дягилевской «Шехеразады» столетней давности с ее восточным гаремом, цветными рабами, сластолюбивыми наложницами и томными ласками на расшитых подушках. И все же «Ночи», впервые показанные во Франции этой весной, шокировали критиков: новый балет они окрестили «ночным кошмаром». Действительно, эта серия эротических номеров-новелл, поставленная на стилизованную арабскую музыку Наташи Атлас и Сами Бишайя, слишком далеко ушла от изысканного арабского первоисточника и, в сущности, смахивает на роскошное эстрадное шоу. Напористые массовые танцы поставлены с демократической простотой, сексуальные радости изображены с физиологической наглядностью и, несмотря на разнообразный состав пар – гетеро- и гомосексуальных, – выглядят не слишком изобретательно. Возможно, это не самый удачный балет Прельжокажа. Но может статься, именно такие брутальные банальности и отвечали задаче хореографа, сочинившего свой спектакль о девальвации чувств в современном мире, о любви, ставшей расхожим товаром, средством порабощения или способом добиться власти.

1001 вопрос про это

Похоже, реакция критики оказалась неожиданностью для самого Прельжокажа. Отвечая на разнообразные вопросы нашего корреспондента, он не скрывал своего разочарования.

– Судя по спектаклю, тема сексуальной эксплуатации женщин вас волновала больше, чем восточная экзотика.

– Ну да, я и это вкладывал в свои «Ночи». Ведь даже в западных странах, где невероятно силен и, скажем так, желчен феминизм, все равно есть неравенство полов. По крайней мере, мы далеки от полного равноправия, если сравнить зарплаты или процентное соотношение женщин и мужчин на высших должностях в бизнесе или на государственной службе. Очень мало найдется стран, которые могут похвастаться, что у них половина министров женщины, половина мужчины.

– Однако ваше страстное выступление в защиту прав женщин парижские критики явно не заметили, зато отметили в рецензиях грубость, вульгарность спектакля. Вас это обидело?

«Ночи» – история темная. Чего только не привидится в сумерках. © Фестиваль «Дягилев P.S.»– Я думаю, эта критика основана на недопонимании. Люди хотели видеть сказочный Восток с Шахеразадой, с чалмами, чадрами, с пряной таинственностью, под музыку Римского-Корсакова. Разглядев же в спектакле какие-то современные политические темы или социальные аллюзии, они были шокированы. Но не надо забывать, что сейчас все танцы восточных культур – танец живота, например, – исполняются, как правило, в кабаре, в ночных клубах. Кроме того, помимо критики плохой, было очень много и хороших отзывов. Хотя, естественно, всегда запоминаются разные гадости.

– Я была свидетелем – и в Петербурге, и ранее, на фестивале в Монпелье, – как горячо зрители принимают «Ночи». Чье мнение для вас дороже – публики или критиков?

– У этого спектакля колоссальное слияние с публикой, особенно с молодежной. Мне неинтересно просто пересказывать старинную сказку. Я хочу передать публике собственные чувства, свое видение современного мира. Неважно, чем вызваны эти чувства – исторической темой или актуальной, – я все равно говорю о том мире, в котором живу. Почему молодым нравится мой спектакль? Потому что в нем они находят отражение сегодняшней реальности. Мы, художники, как параболические антенны, которые улавливают тенденции эпохи. Мы как зеркала! И действительно, иногда из этого зеркала на вас глядит отражение, которое не очень-то приятно видеть.

«Разглядев в спектакле какие-то современные политические темы или социальные аллюзии, зрители были шокированы»

— Анжелен Прельжокаж

– Знаете, от аплодисментов публики ничего в истории не остается, а печатное слово критиков живет десятилетия.

– В истории полно примеров, когда рецензии на спектакль были ужасны, а спустя каких-то пять лет неприятие сменялось восторгами. Сто лет назад «Весна священная» была сочтена издевательством, каждый критик счел своим долгом осудить балет Нижинского, а сегодня весь мир справляет столетие этого шедевра, абсолютно непререкаемого. Когда Моцарт слышал или читал негативную критику, он говорил: «Они научатся любить эту музыку».

От балета до рассвета

«1001 ночь» не лишена восточной экзотики и пряных удовольствий. © Фестиваль «Дягилев P.S.»– Какова судьба спектакля Creation, созданного совместно вашей компанией и Большим театром?

– У меня он в репертуаре, много гастролирует. Мы показывали его в Индии, только что танцевали в Нью-Йорке. Его везде очень хорошо принимают, идея сотрудничества с Большим театром оказалась плодотворной.

– Как вам работалось с русскими артистами?

– Я получил большое удовольствие. Сначала речь шла о переносе одного из моих старых спектаклей. Но когда я начал репетировать и лучше узнал танцовщиков, мне стало так интересно, что я захотел создать спектакль специально для них.

– Есть ли в вашей труппе российские танцовщики?

– Две танцовщицы из Большого театра, они перешли ко мне как раз после завершения работы над Creation.

– Вы работали и в Большом театре, и в Мариинском. В чем разница между Москвой и Петербургом? В манере артистов, их ментальности?

Есть даже шутки с дамскими ножками. © Фестиваль «Дягилев P.S.»– Ну, это совсем непохожие случаи, не могу даже сравнивать. В Большом все было впервые – это же новая постановка. Я выбрал десять артистов московской труппы и десять из моего балета. Мы два месяца работали в Экс-ан-Провансе, потом два месяца в Москве. Мы проживали вместе каждый день, делили все пополам, стали единым организмом – это была невероятно обогащающая работа. А в Петербурге в моем спектакле были заняты только танцовщики Мариинского театра, я с ними разучивал готовый спектакль – «Парк». Мне кажется, этот балет очень идет танцовщикам Мариинки. В Петербурге ощущаешь флер культуры имперского города, и это сочетается с эстетикой моего балета, вдохновленного эпохой Людовика XIV: стиль барокко присутствует и в Петербурге, и в моем «Парке». Словом, и в Большом, и в Мариинском я получил огромное удовольствие от работы, но это было по-разному.

– Вы уже давно руководите Национальным хореографическим центром Экс-ан-Прованса, то есть ваша труппа не частная, а государственная. Есть ли у вас какие-либо обязательства перед государством? Скажем, ставить определенное количество спектаклей в год или вовлекать в работу обычных горожан?

– Я все время увеличиваю количество представлений, превышая любые нормы. Думаю, от Национальных хореографических центров требуется показывать около 30–40 спектаклей в год. А мы делаем около 130. Это просто естественная динамика нашей труппы, конкретных обязательств у меня нет.

– В Лионе я смотрела ваш спектакль об убитом в супермаркете иммигранте. Откровенно публицистический, прямолинейно-иллюстративный, обличительный. Если бы вы были политиком, как бы вы решили проблему иммигрантов во Франции?

То ли это сцена соблазна, то ли поиски компромиссов, то ли война полов. Прельжокаж – мастер социальных обличений и скрытых намеков. © Фестиваль «Дягилев P.S.»– Миграция – явление древнейшее и совершенно естественное. Если проанализировать историю человечества, то можно увидеть, что именно миграционные движения порождали новые цивилизации и очень обогащали устойчивые культуры. Индустриальные западные страны сейчас переживают трудную демографическую ситуацию: поколения не возобновляются. И многие исследователи демографических проблем считают, что эти страны остро нуждаются в мигрантах.

– Вернемся к искусству. Что вы собираетесь ставить после «Ночей»?

– Что-нибудь абстрактное. Для летнего танцевального фестиваля в Монпелье сделаю новую работу лабораторным методом. Этот же спектакль пойдет в парижском Theatre de la ville в следующем сезоне.

– Вы очень плодовиты и разноплановы. Есть ли что-то, что вы хотели поставить, но по каким-то причинам не смогли?

– У меня всегда огромное желание ставить. Каждый год возникает пять-шесть проектов, которые я хотел бы воплотить. Я выбираю один или два, остальные откладываю в «ящичек», и они там хранятся. Всегда под рукой.


Для справки

Анжелен Прельжокаж родился в 1957 году в Париже в семье албанских беженцев из Черногории. Начав заниматься классическим балетом, увлекся современным танцем, которому учился у Карин Ванер. В 1980 году в Нью-Йорке работал с Зеной Ромметт и Мерсом Каннингемом. Продолжил обучение во Франции, где среди его педагогов были американский хореограф Виола Фарбер и французский хореограф Квентин Руллье. Затем был приглашен в труппу Доминика Багуэ, а в декабре 1984-го основал собственную компанию. Его спектакли вошли в репертуар многих театров мира, в числе которых театр Ла Скала, Нью-Йорк сити балет и Парижская опера. Как режиссер снял ряд фильмов, в частности, «Почтовый служащий», «Мрачные мысли» (1991), «Дефис» (1992) и «Благовещение» (2003), за которые был удостоен Grand Prix du Film d’Art в 2003 году, первого приза Vidéo-Danse в 1992 и приза Пражского фестиваля видеофильмов в 1993 году. Также принимал участие в создании фильмов, запечатлевших его хореографические работы: «Строгальщик», по мотивам живописи Гюстава Кайботта (1988), «Черный павильон» (2006), «Эльдорадо» (2007) и «Белоснежка» (2009). Кавалер Ордена за заслуги в области искусства и литературы, Ордена Почетного легиона, Национального ордена «За заслуги» (2006). С октября 2006 года труппа Балета Прельжокажа, включающая 26 постоянных танцовщиков, размещается в Национальном хореографическом центре «Черный павильон» в Экс-ан-Провансе.


Медиагалерея (7 фото)

  • vtbrussia.ru_1Prel.JPG

    Танцовщицы у Прельжокажа часто выглядят как обычные женщины. А его сказки похожи на репортажи из современной жизни. © Фестиваль «Дягилев P.S.»

  • vtbrussia.ru_2Prel.JPG

    Критика не спустила Прельжокажу натурализм его «Ночей». © Фестиваль «Дягилев P.S.»

  • vtbrussia.ru_3Prel.jpg

    Анжелену Прельжокажу мало быть просто хореографом, он хочет быть современным мыслителем, властителем дум. © Фестиваль «Дягилев P.S.»

  • vtbrussia.ru_4Prel.JPG

    «Ночи» – история темная. Чего только не привидится в сумерках. © Фестиваль «Дягилев P.S.»

  • vtbrussia.ru_5Prel.JPG

    «1001 ночь» не лишена восточной экзотики и пряных удовольствий. © Фестиваль «Дягилев P.S.»

  • vtbrussia.ru_6Prel.JPG

    Есть даже шутки с дамскими ножками. © Фестиваль «Дягилев P.S.»

  • vtbrussia.ru_7Prel.JPG

    То ли это сцена соблазна, то ли поиски компромиссов, то ли война полов. Прельжокаж – мастер социальных обличений и скрытых намеков. © Фестиваль «Дягилев P.S.»

Поделитесь с друзьями:
Facebook Вконтакте Твиттер Одноклассники LiveJournal МойМир Google Plus Эл. почта
Подписаться на новости раздела «Культура»
Материалы по теме

29 ноября 2013

Больше половины того, что выставлено в Шереметевском дворце, не видел еще ни один город мира! Итальянцы, марш!
Больше половины того, что выставлено в Шереметевском дворце, не видел еще ни один город мира!

15 октября 2013

В ГМИИ им. Пушкина на Волхонке открылась выставка «Валентин Юдашкин. Мода в пространстве искусства» Столкновение с бездной
В ГМИИ им. Пушкина на Волхонке открылась выставка «Валентин Юдашкин. Мода в пространстве искусства»

22 ноября 2012

Хореограф, глава Гамбургского балета Джон Ноймайер: «Балет существует только здесь и сейчас!» Автор «Дамы» стал кавалером
Хореограф, глава Гамбургского балета Джон Ноймайер: «Балет существует только здесь и сейчас!»
Все новости